Книга Остров Надежды. Изгнание, страница 82 – Резеда Ширкунова

— Да я вроде обычная, — пожала плечами Аня.

— Значит, не настолько обычная, — мягко улыбнулся король. — Даже я это чувствую, — он посмотрел на ее алые пухлые губки.

Заметив пристальный мужской взгляд, девушка заерзала на стуле, затем не выдержала молчания:

— Думаю, мне пора, ваше величество. Время подошло ребенка кормить. Вы же знаете, я еще кормлю грудью.

Корольпоморщился, недoвольный, что они так мало пообщались, но не стал ничего говорить и проводил девушку до источника. Возле входа Аню ждала охрана — три здоровенных ихтoла и Владимир, только недавно попрощавшийся со своей любимой.

Дома Аня сразу же забрала у деда трущего глазки и хныкающего Ярика. Малышу давно пора было спать, но привыкший, что мама укладывает его сама, он капризничал. Стоило Анисии взять ребенка на руки и унести в дом, уже через несколько минут он крепко спал.

Девушка вышла во двор, где сидели Стефан с Владимиром.

— Опять уговаривал? — спросил старик.

— Не как всегда. Но намекал.

— Может, подумаешь? Мужчина он вроде неплохой, и в тебе видит любимую женщину, а не хранительницу источника, как ты себе надумала, — заглядывая в глаза девушки, ставшей ему сестрой, спросил оборотень.

— Не лежит душа, Володя. Хочу так, как у тебя, — она вздохнула.

— Как у меня, сестричка, не получится. Если только не окажешься парой какому-нибудь оборотню, — рассмеялся волк.

— А знаешь, я завидую. И в то же время счастлива за тебя. Тебе крупно повезло, братик. Не зря говорят: все, что ни делается, к лучшему. Вот не попал бы ты на остров, то и не встретил бы суженую.

Между тем солнце клонилось к закату и вскоре стало темно. Единственный свет, оставшийся на острове, исходил от пылающего костра. Крики ночных птиц, шелест листьев, потрескивание дров и шум прибоя нагоняли тоску на сердце молодой девушки. Чем меньше оставался срок ее наказания, тем чаще она задумывалась о том, что ее ждет на материке. Получится ли добиться возврата титула и наследства Ярику? А вот о том, что скажут люди, как ни странно, она переживала меньше всего. Какими глазами будут смотреть на нее, считающуюся убийцей мужа, Аню практически не волновало.

Внезапно девушку охватила необъяснимая тоска. Предательские слезы, хoть она и пыталась их сдержать, полились ручьем. С тех самых пор, как оказалась на острове Надежды, Аня не думала о родителях, братьях, подругах по институту — было просто не до этого. Но сейчас… Так хотелось прижаться к маме и поговорить обо всем, что пришлось пережить в этом мире!

Увы, больше не свидеться с теми, кто остался на Земле, не услышать их смех и слова поддержки. Никогда.

Стефан подошел неслышно. Сел рядом, положил теплые руки на плечи дочерии притянул Аню к себе.

Ждан Никатович Лисицын сидел в кабинете и читал письмо своего поверенного, Аристарха Евстигнеевича. В нем говорилось, что люди, раньше работавшие у старого графа Александра Лусского, болтают об окончании изгнания их госпожи и ее возвращении. Они уверены, графиня Лусская добьется возврата имущества, принадлежавшего ей во время замужества.

— Фаддей, зайди! — крикнул Ждан.

Тут же в комнате появился управляющий, сменивший Игната Дмитриевича, преданного графине всем сердцем.

— Чего желаете, господин? — поинтересовался слуга, человек недалекого ума, но слишком хитрый и изворотливый. Слащавая улыбка появилась на его отекшем от бесконечных пьянок лице.