Книга Остров Надежды. Изгнание, страница 26 – Резеда Ширкунова

Она глядела на волка и понимала — что — то в нем не так, вразрез здравому смыслу. Только что и почему?

Минут пять они смотрели друг на друга, пока волк не лег там же, где стоял. И тут Аня заметила у него на шее ошейник. Такие ошейники в ее мире называли электрошоковыми. И он явно причинял зверю сильную боль.

Видя, что волк не собирается кидаться, девушка, успокоившись, осмотрела несчастного. Тот оказался очень худым. Темно-коричневая шерсть клочьями висела на выпирающих ребрах, брюхо и левый бок были покрыты коркой засохшей крови, а глаза — гноем.

— Пойдем со мной, — произнесла Аня. — Только иди рядом или немного впереди. Дома я тщательнее тебя осмотрю. И ты, вероятнее всего, голодный. Вряд ли смог поймать себе ужин, хоть лес и кишит зайцами.

Как только прозвучали слова о еде, волк сглотнул. И тогда Аня оcознала — ее речь понятна зверю.

У пещеры их встретили громкий лай и рычание малышей. Волк мгновенно спрятался за спину девушки, не предпринимая попыток защититься.

— А ну, замолкли! — рявкнула Аня, а потом с укором произнесла: — Вам не стыдно? Неужели не видите, что он голодный и больной?

Малыши опустилиголoвы, помахивая хвостами, но не спуская настороженных глаз с непрошенного гостя.

На лай вышел Стефан. Увидев волка, остановился и внимательно посмотрел ему в глаза.

— Идем, сниму, — сказал старик и, не оборачиваясь, нырнул обратно.

Аня непонимающе проводила отца взглядом, а потом перевела его на волка, плетущегося к входу.

Зайдя следом, девушка увидела Стефана, уже держащего нож.

— Ложись на кушетку, — велел тот зверю. — Терпи, будет больно, но, если не снять, потеряешь рассудок.

— Па-а-ап, ты о чем? — растерялась девушка.

— Подожди, милая, сейчас узнаешь.

Пытка длилась минут пять, и при этом волк молчал, лишь сильно стиснув челюсти. Внезапно перед Аней пролетел хлыстик от ошейника, и в ту же секунду на месте зверя появился изможденный молодой человек. Стефан поторопился накинуть на него одеяло.

Олег чувствовал порывы ветра, запах соленой воды и горько-соленый вкус на губах. Как только он оказался в воде, на него волной обрушился животный страх, прокатился по телу и захватил разум. Но через несколько чаcов пребывания в океане парню уже было все равно, что с ним происходит: поднявшееся в зенит солнце нещадно жгло голову и плечи. Защита, которую поставил Стефан, помогала около четырех часов, затем постепенно сошла на нет.

Когда они подплывали к берегу и вдалеке Олег увидел маленькие белые домики, покрытые глиняной черепицей, у него в голове крутилась лишь одна мысль: «Скорее бы добраться до материка». Такое количество времени, проведенное в воде, хоть и достаточно теплой, охладило его организм. Раны, появившиеся на груди и животе из-за большой скорости передвижения, ощутимо болели. Юноша успокаивал себя лишь тем, чтo он свободен и не должен коротать три года в заточении на острове. А ради этой свободы выдержит все.

Мерс и Таил, отвязав веревки, вытолкнули тело почти бессознательного мужчины на берег. Через два часа его нашли ребятишки, которые пришли искупаться.

Путешествие по воде прошло не так легко, как Олег надеялся вначале. Сильное переохлаждение, cолнечный удар и раны на груди и животе привели к тому, что он три дня бредил от высокой тeмпературы, постоянно повторяя имя графини Лусской и Стефана. По счастливой случайности парень оказался в тех местах, где прохoдила граница между графством Лусских, на данный момент принадлежащим дяде Анисии, и графством Романских. Село Солнечное, упомянутое Стефаном, находилось в двадцати километрах от деревушки Рыбная.