Книга Мой Мармеладный Принц, страница 88 – Кася Дрим

Подняв медведя, и, не решившись взглянуть на Даньку, я усадила первого на диван и, на ходу поправляя платье, удалилась на веранду.

Правильнее было бы сказать — воспользовавшись ситуацией, трусливо сбежала. Руки до сих пор потряхивало, а от воспоминаний о том, с какой готовностью отзывалось мое тело на Данькины ласки, “горело” лицо.

Возвращаться я не спешила. Нам обоим не помешает немного остыть. Для себя я, правда, выбрала не лучший способ: упав ничком на диванчик, где ещё пару дней назад спал Данька, уткнулась носом в «его» подушку и совершенно неожиданно ощутила его же запах. Хоть и едва уловимый, но всё же вполне узнаваемый.

Или это уже я сама успела им пропахнуть?

Хмыкнув, я перевернулась на спину, закинула руки за голову и некоторое время бездумно пялилась в потолок. Затем встала и, немало не заботясь о том, что меня могут увидеть с улицы, прислонилась лбом к прохладному стеклу окна. Постояла еще и так.

Наконец сочла, что достаточно успокоилась и можно возвращаться. Цветы на этот раз всё-таки прихватила с собой. Главное, чтобы Даньке не взбрело в голову снова поцеловать меня — хотя бы до тех пор, пока я не поставлю вазу на какую-нибудь надежную поверхность.

Впрочем, опасалась я напрасно: Даньки в доме не обнаружилось. Но и найти его труда не составило: он сидел на лавкевозле дома, откинувшись спиной на стену, и блаженно улыбался. Я все также молча уселась на другой конец лавки и закурила.

— Ну что — теперь купаться? — как ни в чём не бывало подмигнул мой искуситель.

Как ни странно, в этот момент я испытала облегчение от того, что он никак не стал комментировать произошедшего между нами.

— У тебя плавки-то есть? — задала я давно волновавший меня вопрос.

— Не-а, — безмятежно отозвался он. — Но, полагаю, тебя не сильно должно смутить мое нижнее бельё, раз уж ты меня и без него видела. Ну, а чтобы прочих не смущать, просто найдем место в сторонке.

Вот засранец, а! Не сильно меня, видите ли, труселя его должны смутить. Ещё и про то, что без них его видела, на кой-то чёрт напомнил. А у меня ж перед глазами сразу та картинка встала. Опять в краску вогнал, паршивец этакий!

Вообще идея совместного купания — особенно теперь, после того, как выяснилось, что собой я владею не больно-то хорошо, — мне представлялась не такой уж и удачной. Двое неравнодушных друг к другу разнополых людей, вдвоём, полураздетые — чем всё может закончиться и ежу понятно. И даже если история не получит немедленного продолжения, то уж в ближайшее-то время — наверняка. А я пока к такому развитию событий не готова.

— Дань, а может ты один сходишь? Как пройти, я объясню. Тут недалеко. А я… а я не хочу лишний раз тебя провоцировать, — подразумевалось, что на последних словах я открыто посмотрю ему прямо в глаза, но решительности не хватило. Так и продолжала курить, глядя лишь себе под ноги.

— Ты всё-таки боишься меня, Конфетка, — мне и бокового зрения оказалось достаточно, чтобы увидеть, как он покачал головой. — Не нужно. Я ведь обещал, что без твоего желания…

— А оно есть, Дань. В том-то и дело, — перебила его я. — И не тебя я боюсь, а себя. Сейчас я пойду на поводу у своего желания, а потом буду об этом жалеть, — вот теперь взглянуть в его глаза получилось очень даже просто.

— Почему? — его ответный взгляд был серьезен и задумчив.