Книга Не бойся ночи, там есть Я, страница 32 – Тая Ан, Дэн Сини

Пирожные я, конечно, люблю… Но если тебя привязывают к стулу и трамбуют в глотку килограммами, то впору тут же их возненавидеть. Кажется, Люту столь простая истина была незнакома.

— Опять стращаешь девушек, Стужев. По-хорошему всё никак не хотят? — насмешливо прозвучало откуда-то сбоку.

Мы обернулись. Из-за угла, улыбаясь во все тридцать два, вырулил нарядный Эмиль. Снова в костюме. Темный элегантный пиджак и брюки, светлая рубашка. Куда это он опять так вырядился? Неужели на встречу с моими родителями?

Лют медленно повернулся к новоприбывшему всем корпусом, отодвигая меня к себе за спину. Эмиль в ответ на этот жест лишь закатил глаза. Небрежно облокотившись плечом о решетку, он окинул соперника крайне недобрым взглядом. Вот только потасовки мне здесь не хватало! Натянув дружелюбную улыбку, я вышла из-за чужой спины.

— Привет, Эмиль. Всё хорошо, так что давайте обойдёмся без негатива. Чудесный вечер, правда? Лют уже уходит, и мне тоже пора на отдых. У меня завтра важный экзамен.

И я сунулась было обратно на решетку, но меня тут же схватили за запястье, красноречиво напомнив о том, что я снова что-то забыла. Р-р-р! Едва сдерживаясь, чтобы не высказать ему всё, что думаю, я легонько коснулась губами чужой щеки и быстро полезла наверх, подальше от этого зверинца.

Кажется, створка окна хлопнула чуть громче, чем ожидалось. А может, меня сдал Эмиль. Но минуту спустя дверь в комнату распахнулась, являя маман в красивом домашнем платье.

— А вот и ты, — выдохнула она, неодобрительно оглядывая мою взъерошенную голову, — причешись и спускайся. Тебя давно ждут.

Видят боги, я этого не хотела. Но, чувствую, за свою свободу придется бороться до конца, поэтому я заняла оборонительную позицию. Хватит с меня на сегодня оборотней и иже с ними!

— Не хочу.

— Что?

— Я устала и мне надо готовиться к экзамену.

Её рот тут же превратился в жесткую линию, а глаза злобно сощурились, заставляя задуматься. Это и правда моя мать, или какая-то чужая женщина, пригревшая меня из жалости? Нет, скорее первое. Ведь жалостью тут и не пахнет…

— Кто бы знал, как ты мне дорога со своими хотелками! Причесалась, переоделась и спустилась! — прошипела она. — У тебя пять минут! Иначе гости поднимутся сами!

Чую, плакал мой экзамен горючими слезами. Но кто в такой ситуации смог бы думать об учебе?

Куки спала в своей корзинке, жалобно поскуливая во сне, а у меня даже не было времени, чтобы ее погладить. Тяжко выдохнув, я быстро привела себя в порядок и спустилась вниз. Хотят видеть меня послушной марионеткой? Да вотпрямщас! Сами напросились.

Эмиль лучезарно улыбался, по-хозяйски расположившись на диване напротив кресел, которые заняли мои родители.

— А вот и она, — констатировал отец, — ну наконец-то. Где ты пропадала весь день?

Мне галантно подали руку и усадилирядом с собой на диван.

— Гуляла со своим новым парнем.

Все подобрались. Улыбка на лице Эмиля завяла, уступив место показному равнодушию.

— И кто же это, позволь спросить?

— Лют Стужев.

Родители переглянулись, и отец нервно затарабанил пальцами по подлокотнику.

— Ты серьезно?

Я чуть пожала плечами, скользнув взглядом по их встревоженным лицам. Наверняка им не хотелось бы обсуждать нечто подобное рядом с таким важным гостем. Да вот приходится.

— Сама серьезность, — я натянуто улыбнулась, — а что, что-то не так?