Книга Отомстить бывшему. Истинная поневоле, страница 98 – Тая Ан, Дэн Сини

Меня окружило любимым ароматом. Вокруг капканом сомкнулись любимые руки. В десяти тысячах километрах над землей посреди огромного звездного неба его губы коснулись моих.

Неужели я когда-то думала, что он не в моем вкусе?

Что ж, вкусы меняются.

Острые клыки скользнули по моей коже, но я больше не боялась. Орхан никогда не причинит мне боли.

Чужие пальцы вплелись в волосы, прогулявшись по всей длине.

Я задрожала. Где-то глубоко внутри зарождался опасный жар. Он пульсировал и рвался наружу, растекаясь по коже волнами щекотных мурашек.

Требовательные губы обжигали поцелуями, лаская, подчиняя и увлекая куда-то в иную реальность.

На что я согласилась?

Да какая разница… Всё что угодно для него.

Привычно подхватив на руки, мужчина унес меня во мрак маленькой спальни, как в логово, где из иллюминаторов струился голубоватый свет. Его глаза следили за мной из темноты взглядом голодного хищника. Взглядом победителя.

Мне стало жарко. Захотелось стянуть с себя платье и отбросить его подальше, настолько оно мешалось своей нелепой алой тканью, досадной преградой между нашими телами.

Ведь хотелось чувствовать всей кожей, быть ещё ближе, прижаться ещё тесней.

Он словно прочел мои мысли. Шелк скользнул с плеча, обнажая пылающую кожу. Я слышала грохот собственного сердца, бьющегося в унисон с его.

Темнота сконцентрировалась над нами таинственной тишиной, обволокла собой, как коконом, согрела и обняла. И не было больше никого и ничего. Всё исчезло, кроме нас двоих в этой сладкой темноте.

Я видела, ка неверный звездный свет скользит по внушительному мужскому торсу, очерчиваетлитые мышцы, рассеивается бликами в темных волосах, отражается в сияющих глазах.

Какой же он потрясающий… и только мой.

Даже сейчас, скользя пальцами по горячей твердой груди, я не могла поверить в это до конца. Даже ощущая тяжесть его кольца на своём безымянном пальце.

Потому что мне нужно было нечто большее. И я только что на это согласилась. Более того, сама предложила.

И ни о чём не жалею.

Какое это всё-таки счастье — быть истинной, чувствовать принадлежность каждой клеточкой своего тела, знать, что он — только мой и ничей больше.

А я — его.

Теплые пальцы скользнули по моей шее, я почувствовала сладкий ожог поцелуя своём плече. Яркие глаза поймали в плен мой взгляд.

— Ты моя, — подтверждали они, согревая теплым янтарным светом. — И всегда будешь только моей.

— Твоя, — отвечала я тихим шепотом, кусая губы.

Разве могло быть иначе?

Чужие плечи под моими пальцами вдруг раздались вширь, острые когти с нажимом прошлись вдоль моей спины, вызывая невольную дрожь.

Мощная грудь завибрировала глухим собственническим рычанием.

Меня поцеловали так, что я забыла обо всём, растворяясь в поцелуе и сильных когтистых руках, становясь одним целым со своим настоящим, истинным мужчиной.

Это было яркой вспышкой, откровением, чем-то сродни волшебству.

Мои глаза распахнулись, когда острые клыки царапнули кожу, и по венам побежал обжигающе-сладкий яд.

— Я тебя люблю, — пульсировало в висках, в груди, во всём теле. — Я тебя поймал и присвоил. Ты моя навсегда, и никуда от меня не денешься.

Мои губы растянулись в улыбку сами собой. Перед глазами мерцали золотистые звезды, а в животе танцевали щекотные бабочки, и мне это безумно нравилось.

Разумеется, не денусь. Не больно-то и хотелось…