Книга Горечь и мед, страница 83 – Вера Рэйдж

Но внезапно Фил совершил ужасное: он встал и ушел в уборную. Я осталась одна за столом с его матерью. Ольга проводила его взглядом и, как только он скрылся за дверью ванной, обратилась ко мне:

— Скажу тебе честно, я ожидаю увидеть рядом с сыном человека с таким же статусом. — она наклонилась чуть ниже и понизила голос, чтобы Фил точно ничего не услышал. Будто я не расскажу ему обо всем при первой же возможности. — Его бывшая как раз была из наших кругов.

— Что вы имеете ввиду? Я не вашего круга? — оскорбилась я.

— Деньги, Ева. Таким девочкам как ты нужны деньги. А у нашей семьи они есть.

— Мне не нужны ни ваши деньги, ни Филиппа. — твердо сказала я. Есть перехотелось совершенно. Я даже не притронулась к тому, что лежало на моей тарелке.

— Я знаю таких девочек как ты. Не стоит обманывать, я взрослая и уже пожила. Многое в жизни видела. Я тебя просто предупреждаю, что если я увижу хоть одно поползновение в эту сторону, то ты о моем сыне можешь забыть. Точка.

— Я люблю вашего сына не за деньги, Ольга. — я привстала из-за стола, не желая больше находиться с этой женщиной.

— Любишь? Не смеши меня. Любви не существует. Уж я-то знаю.

— Спасибо за ужин.

Я вышла из гостиной, по случайности даже прихватив с собой белое полотенце, которое положила на колени за трапезой, и пошла в комнату Филиппа. Глаза резало от слез. Как она могла такое сказать? Чем я навела на себя такие подозрения? Хотелось сбежать из этой квартиры, но я не могла оставить Фила. Он-то здесь не при чем.

Я просидела минут пятнадцать в полном одиночестве. Через закрытую дверь слышала, как Филипп разговаривает с матерью. Она переходит на личности и называет меня бедной, а мой наряд похожим на девушку легкого поведения. Он, совершенно спокойным тоном, так свойственным ему, защищает меня. Шаги. Дверь в комнату открывается:

— Бери вещи. Пойдем. — говорит он, а сам достает спортивную сумку из недр шкафа и складывает в нее одежду. Он что, уходит из-за меня из дома?

Я не задавала вопросов. Делала, как он сказал. Я уже поняла, что Ольга совершенно мне не рада. Мы также без разговоров выходим из комнаты Фила в прихожую. Ольга даже не вышла попрощаться. Филипп достает мой пуховик из шкафа и помогает одеться. Сам надевает пальто и повязывает поверх шарф, что я подарила ему. В полном молчании мы вышли из квартиры. Филипп забрал у меня рюкзак и нес все сам. Я боялась задавать вопросы. Он выглядел очень злым.

Снег летел в лицо и бил по щекам. Я накинула капюшон на голову. Наплевать на прическу, главное не заболеть. Филипп не произносил ни слова. Я чувствовала, как от него исходит аура негатива и не хотела вмешиваться. Лишь взяла его за руку и слегка сжала, чтобы выказать поддержку. Фил принял ее и засунул наши руки в свой карман, как обычно. Из его рта то и дело вырывалось облачко пара. Я первый раз видела его злым.

Мы подошли к дому Вадима. Окна его квартиры светились разными цветами. Вечеринка уже в самом разгаре. Скучающей консьержке мы сообщили в какую квартиру идем, но она даже не повела бровью. Просто махнула рукой. Сколько таких, как мы, сегодня пришли и сказали ей такой же номер квартиры?

Вадим был уже пьян, когда открывал нам дверь.

— Филипп, братан, ты наконец-то пришел! — Вадим по-братски поздоровался с ним и похлопал по плечу. — И наша маленькая Ева тоже здесь, — он обнял и меня. — Проходите, все уже в полном умате.