Книга Горечь и мед, страница 112 – Вера Рэйдж

Основная люстра в помещении отключилась, когда я нажала на переключатель. Остался лишь мягкий приглушенный свет от неоновой ленты по периметру гостиной. Она горела теплым золотым. Я вернулась к Вадиму и посмотрела на него сверху. Он расслабленно сидел на диване.

— Да. Мне и мама говорила, чтобы я не смел даже пытаться делать что-то такое в твою сторону. — Продолжил он в то время, как я убрала руки его с коленей и присела на них.

Вадим даже не сделал удивленное лицо. Даже бровью не повел. И тут я поняла: он думал о том же, о чем я. Вадим отложил стакан в сторону. Я взяла его руки в свои.

— Она сказала, что я еще недостаточно вырос, чтобы строить что-то серьезное и это может уничтожить тебя.

— Твоя мама чертовски умная женщина. — я занесла его руки за свою спину и положила их на талию.

— Что ты делаешь? — прошептал он, не препятствуя моим действиям. Локон золотых волос упал на его лоб.

— А на что похоже? — С этими словами я наклонилась к его лицу и поцеловала в губы.

Тишина била по ушам.

Я так часто раньше представляла себе этот момент. И вот он случился. Всего три порции виски и я уже на коленях своего лучшего друга. Стараюсь заглушить сердечную боль.

Вадим подхватил меня за ягодицы и придвинул ближе. Он страстно впился в мои губы и целовал так, словно я нектар, что вот-вот закончится. Его руки сжали меня сильнее, а сам он приподнялся. Ногами я обхватила его за торс, чтобы не упасть. Вадим понес меня в спальню. Кинул на кровать и накрыл своим телом. Все также не отрываясь от губ друг друга мы начали снимать одежду. Срывать. Это было похоже на выплеск эмоций. На бушующую страсть. Без чувств. Только механические движения. Только желание забыться. Уж не знаю, как давно у него не было девушки в постели, но он отдавался процессу так, будто ее и вовсе не существовало в его жизни. Его действия не были нежными. Он не вел себя так, как ведут себя с любимой. И он понимал это. Я понимала это.

19 мая 2015 года

Об этой ночи я пожалела сразу же, как открыла утром глаза. Во ртупересохло, а голова трещала. От света щипало глаза. Вадим еще спал, повернувшись ко мне спиной. Я потянулась к тумбочке. Телефон не реагировал на мои попытки включить его. Совсем разрядился. Я решила узнать сколько времени и обвела взглядом комнату. Компьютер Вадима в спящем режиме. Блок тихо гудел где-то внизу. Я приподнялась, закутавшись в одеяло, и тихо пересела на кресло около стола. Потрогала мышку. Экран тут же ожил, открыв моему взору страницу с диалогами Вадима в социальной сети. Беседа с Филиппом была на самом верху. Она горела жирным шрифтом, а на самой полосе чата высвечивалось семь новых сообщений. Последнее гласило: “Она не отвечает мне.” Я перевела взгляд выше, на открытые вкладки. Второй была страница “Сплетника”. Даже не задумавшись, я кликнула туда. Вдруг что новое появилось? Мои глаза тупо уставились в экран, стараясь понять, мерещится им или нет.

С аккаунта Вадима можно выставить пост в группе.

Меня резко затошнило. Я поперхнулась, старая сдержаться. Повернулась проверить, не проснулся ли он. Нет. Спит. Я еще раз перешла на вкладку с диалогами. Третьим сверху в списке был диалог с Катей. Последнее сообщение от нее: “Спасибо”. Я открыла чат.

Катя сама прислала фотографии с Филом Вадиму с просьбой выставить их в группе и текстом, который я уже читала в том самом посте. Она также написала, что им уже “сто лет”. Вадим даже не стал задавать ей вопрос, а просто ответил “О”кей”. О”кей, черт возьми!