Книга Кольцо купеческой дочери, страница 30 – Виктория Соколова

— Хорошо, — сказала Софья, переглянувшись со своими. — Что ты предлагаешь?

— Это уж не моя забота, ты Буна обхитрила раз, обхитри и второй раз.

— Гусли, — тихо напомнил Садко.

— Знаешь ли ты, где морской царь хранит гусли?

— Конечно, знаю. Они у змея в покоях хранятся, за золотыми цепями, а ключ от цепей в ларце, а ларец у змея в глотке.

— А где змей? — спросила Софья, не показывая страх.

— Внизу, — просто ответила Морена, даже с каким-то удовольствием глядя на их вытянувшиеся лица.

— Мы разберемся со змеем, — сказал Садко спокойно.

— Плыви к морскому царю и скажи ему, что ты все сделала, как он велел, — дала указания Софья. — Потом возвращайся.

Морена без лишних слов уплыла прочь, а остальные направились вниз.

— Как именно мы разберемся со змеем? — уточнила Ульяна, нехарактерно раздраженная.

— Поторгуемся. Узнаем, что он хочет. Раз змей на цепи, то вряд ли он так уж хочет услужить старине Буну, — легкомысленно ответил Садко, но, повернувшись к Софье, сказал уже серьезно: — Позволь я поговорю с ним, Соня.

* * *

Змей сидел на высоком каменном пьедестале, вокруг которого обвивались его многочисленные лапы и хвосты. Три его головы на длинных шеях жили каждая своей жизнью, одна спала, другая свирепо смотрела на незваных гостей, а третья что-то со смаком жевала. Кожа змея переливалась красным и зеленым, озаренная тонкой полоской света, доходившего сверху. Его лапы сковывали цепи.

— Приветствую, о великий, — начал Садко торжественно. В нем чувствовалась привычка говорить с власть имущими: спину гнул он виртуозно, а говорил так сладко, что трудно было не перепутать, кто здесь змей. — Восхищаемся твоей силой и смиренно просим о помощи.

— Врешь, вор! — рявкнула та голова, которая якобы спала. — Вором приходил к Морскому царю, вором приходишь и ко мне.

— Шкатулка ему нужна, — прохрипела вторая с ненавистью. Глаза ее горели желтым, а изо рта шла пена.

— Шкатулку проглотила одна из нас, — спокойно сказала третья глаза, распрямившись и громко жуя какую-то рыбешку. — Назовешь, которая, и мы отдадим шкатулку. Не назовешь — и мы съедим вас всех.

— Честный договор, — еще раз поклонился Садко и отвел русалок в сторону. — Идеи?

— Крайняя слева, — безколебаний выдала Акулина.

— Почему?

— Мне так кажется, — пожала она плечами. — А что, есть какой-то другой способ узнать?

— Та, что в центре, — сказала Ульяна твердо. — Поэтому у нее пена изо рта идет и хрипит она, что у нее в горле шкатулка застряла. Я ведь дочь лекаря… — сказала она в подтверждение своих слов. Садко задержал на ней взгляд и, повернувшись к змею, решительно заявил:

— Мы выбираем ту, что в центре.

Ничего не произошло, и Софья до боли сжала руку Акулины.

— Правильно тебе подсказали, вор, — наконец процедила правая голова и кивнула средней. Та сперва взбеленилась, задергалась из стороны в сторону, но усмирила себя после того, как левая голова шепнула ей что-то, и, харкнув, выплюнула шкатулку размером с небольшую книгу. Ульяна подхватила ее прежде, чем она потонула в темноте, но тут же левая голова метнулась вниз и клацнула зубами прямо перед лицом Ульяны.

Софья и Ульяна вскрикнули дружно. Ульяна отпрянула, не выпустив шкатулку из рук, а Садко, в мгновении ока оказавшийся рядом, подхватил ее и потащил прочь. Софья и Акулина ринулись следом.