Книга Многоликая в танце. Изумрудный бал, страница 18 – Олеля Баянъ

— Мне донесли, э, я случайно узнала, что ты не живёшь в выделенной тебе комнате, а ютишься у Грызарура, — она никак не хотела отдавать мои вещи. — Вы, лекари, лечите человеческие тела, а я лечу их души.

Лечим, как же! Магистр Бремосси сказала бы, что мы их точно КАлечим. Это утверждение было верным и для психолога, которая могла заколебать любого. Вот, например, как меня сейчас.

Как Теер узнала, что я поссорилась с соседкой? Я же никому не жаловалась и не обсуждала ни с кем этот момент. Огляделась. Вдруг «доброжелатель» захочет раскрыться, чтобы его потом непременно поблагодарили. Не зря же Террор оговорилась. Из-за угла выглядывало знакомое лицо той самой родовитой лекарки. Надо записать, чтобы не забыть.

Соседка заметила, что я смотрю на неё, негромко ойкнула и скрылась за поворотом, чтобы не попасть под раздачу от Идан Теер.

— Я успела ознакомиться с твоим личным делом. Мне, как первоклассному специалисту, сразу стало понятно, в чём причина твоих проблем и неудач в общении с другими адептами, — она, наконец-то, убрала с коробок одну руку и подняла указательный палец вверх. — Бедная девочка, тебе в детстве так не хватило любви матери и отца. Родители оставили тебя одну-одинёшеньку ещё маленьким ребёнком.

Сперва я почувствовала сковавший внутренности лёд, который постепенно превращался в бушующее пламя.Чем дольше развивала эту тему Теер, тем сильнее разгорался гнев. Я вновь попыталась вырвать коробки и снова потерпела бы фиаско, но тут в конце коридора раздался голос, который я меньше всего хотела услышать:

— Что здесь происходит?

К нам шёл Виарат дор Халденрей.

— Ах, вот оно что, — выдохнула Идан Теер. Её взгляд плотоядно блеснул, и руки, наконец, отпустили мои коробки.

Воспользовавшись моментом, я обежала её и спряталась за широкой спиной регента.

— Лишившись родителей, ты выбрала себе на роль отца мужчину, который старше тебя. Только пойми, что родителей он тебе не заменит. Это будет нездоровая любовь, — своим высоким голосом вещала Террор.

— Мы торопимся, магистр Теер, — кивнул дор Халденрей, развернулся, развернул меня спиной к ней и положил ладонь мне на поясницу.

Тепло его тела обожгло меня даже сквозь все слои одежды. Я выпрямилась так, словно жердь проглотила. Вроде теперь его рука ощущалась несильно. Коробки нести стало неудобно, но перехватить их или снова ссутулиться не пыталась, иначе снова почувствую тепло его тела.

Искоса взглянула на него. Казалось, что он не заметил моей реакции и вёл дорогой, которая была известна только ему. Я опустила взгляд и задумалась, почему так остро отреагировала на его прикосновение.

Мы танцевали не один раз. Иногда позы были более провокационными, порой переходящие рамки приличия. Да, я не оставалась равнодушной в такие моменты, потому что перед этим тёмный маг обязательно меня выводил из себя, добивался того, что я теряла контроль над собой, своими чувствами, и выдавала свои мысли.

И вот сейчас снова.

Неужели это слова психолога так на меня повлияли? Я, уже не таясь, посмотрела на регента. Он совсем не похож на моего отца. Нисколечко. Ни внешностью, ни характером, ни поведением. Но в чём-то Идан была права: я рано лишилась родительской любви. Телохранитель не смог подарить осиротевшей девочке душевное тепло. Каким бы хорошим опекуном ни был лорд Дамхорфъ, он исполнял свой долг. До самого конца.