Книга Не всё дракону масленица, или Мамашка для близняшек. Серия 4, страница 29 – Ольга Коротаева

– Вот. – Помощница подобрала с пола полусгоревший лист и протянула мне. – Я сказала, что почерк Бергжа немного похож на тот, которым было написано «Время пришло». Эту записку я получила сегодня утром.

Я приняла бумажку, край которой чернел от сажи, и присмотрелась.

– Мне казалось, что Бергж буквы пишет мелко и более растянуто, что ли… Но здесь они крупные и округлые. Немного похоже на запись на фото, но всё равно почерки кажутся разными.

– Я обратила внимание на некоторые особенности, – пояснила Алка и царапнула ногтем строчку. – Вот эти завитушки. И соединение между этими буквами, словно пишущий дважды обводил. Видишь?

Теперь и я заметила сильное сходство. Так, если бы человек старался изменить свой почерк, но детали его выдали. Вздрогнув, вынула записки, которые всегда носила с собой с момента, как получила, и сравнила. Спина похолодела – те же самые завитушки.

Тихо ахнула:

– Это он мне угрожал!

– Господин Соксхлет вернулся, – шепнула Алка.

Я подняла голову и встретилась взглядом с мужем. Тот поджал губы и отрицательно покачал головой.

– Судя по слою пыли, – добавил он, – Бергж не жил в доме, который указан в его личном деле.

– Где же тогда он жил?

– Он часто оставался ночевать у нас, – пожала я плечами.

– Или у меня, – покраснела Алка.

– А теперь лжеплотника раскусили, и он сбежал, – подытожил Сиджи. – Но всё же непонятно, почему он забрал портреты детей и принёс сюда.

– Возможно, он не планировал похищать альбом, – задумчиво проронил Сэвери. – А хотел кому-то показать.

– Кому? – испуганно расширила глаза Алка.

– Тому, на кого работал, – предположил умэ и взял мою руку. – Найдём заказчика – отыщем и альбом.

– Может, господин Гоц сможет прояснить этот вопрос? – воодушевилась я. – Попросим Аккерета поговорить с Липоком!

– Не стоит утруждаться, – возразил Сэвери и сузил глаза. – Я сам допрошу этого человека.

– Что? – вздрогнул Сиджи и побелел лицом.

– Кстати, – насторожилась я. – Фаркасс, а ведь это ты с некоторых пор живёшь в этом доме. И с Липоком тебя какие-то делишки связывали.Помню, как он появился на балу в ратуше и заявил, что сопровождает умэ.

– Если бы я хотел посмотреть альбом, сделал бы это в блинной, – недовольно нахохлился мужчина.

– И своим интересом привлёк бы внимание к себе. – Я всё больше и больше уверялась в том, что за Бергжем стоит умэ Сиджи. – А ещё ты Ральвину хотел придушить. Помнишь нашу первую встречу? Что? Не поделили деньги от продажи детей?

От ярости по ладоням пробежали искры чужой магии, и я сжала пальцы в кулаки, едва сдерживаясь. Сэвери лёгким пассом окружил нас всех силовым щитом, не давая Фаркассу возможности сбежать, и произнёс:

– Советую признаться.

Сиджи потемнел лицом и глянул на меня так, что мурашки побежали по спине. Казалось, мужчина вот-вот вспылит и между умэ начнётся сражение. Я сделала шаг к Алке, чтобы при опасности защитить женщину и её сестру. Но Фаркасс вдруг смиренно выдохнул:

– Хорошо.

Мы расселись кто на чём из уцелевшей мебели и слушали негромкий голос Сиджи.

– Ральвина была моей истинной парой, – признался мужчина и глянул на меня исподлобья. – Да-да, мы были вместе. Если можно так сказать, ведь нас привлекало друг к другу лишь физически. Я искренне ненавидел эту женщину и судьбу, которая связала меня с убийцей…