Книга Многоликая в сражении. Убойная практика, страница 8 – Олеля Баянъ

Его шансы на выживание стремились к нулю, но я латала его рану слой за слоем. Пот щипал глаза, но я не сдавалась. Я помнила, что, чем быстрее я освобожусь от действия клятвы, тем быстрее смогу продолжить путь к своим, тем быстрее Джеймор и его люди окажутся в безопасности.

Уже когда осталось совсем немного, чуть-чуть до полного закрытия раны, меня оторвало от раненого, подняло вверх и со всей силы ударило о землю.

— Да как ты смеешь, тварь! — в момент удара я услышала слова.

Воздух вышибло из лёгких. В глазах потемнело. Я потеряла ориентацию в пространстве, а потому пропустила момент, пока приходила в себя, когда мне наступили на горло. Я вцепилась руками в жёсткую кожу сапога, силясь его сдвинуть. Враг только сильнее надавил.

— Он еле дышит! — закричал кто-то ещё. — Но латка с раны содрана.

— Я лекарь, — прошипела я, изворачиваясь.

— Ага, лекарь. А я тогда рейниса соседнего государств, — сплюнул он на меня, но я каким-то чудом увернулась от плевка. — Ты сдохнешь и будешь мучиться, как мой товарищ, — и сильнее наступил на моё горло.

Я услышала хруст, в горле словно что-то застряло, не кость, а что-то посущественнее. Боль разлилась по телу. Ни закричать, ни вздохнуть — ничего не получалось. Даже мои брыкания ослабевали с каждой секундой.

Корона! В угасающем сознании мелькнула спасительная мысль, но я никак не могла нащупать связь с реликвией. Она ускользала от меня, как и моё сознание. Я инстинктивно делала вдохи в надежде, что получится урвать хоть немного воздуха. Я надеялась, что ко мне бегут, бегут спасать, но вот уже рука бессильно упала на землю. Пальцы не вздрагивали.

Кромешный мрак затопил всёвокруг. Вот и наступил мой конец. Последняя попытка сделать вдох, и я захлебнулась поступившим воздухом в лёгкие. Закашлялась, хватаясь обеими руками за повреждённое горло, на котором никто больше не стоял. Но тьма не растаяла. Наоборот, она уплотнилась, стала осязаемой. Из её глубин, словно разрывая основы мира, шагнула тёмная фигура.

— Виарат, — прохрипела я, узнав тёмного регента и не узнав собственный голос, тихий и каркающий.

Он либо не услышал меня, либо его внимание поглотили воины. Они попытались его атаковать, но щупальцы мрака поглотили все их заклинания, брошенные в правителя Надора. Тьма слушалась его, ластилась и сама ласкала дор Халденрея. Произошёл взмах руки, и все трое солдат повисли в воздухе. Двое держались за горло и корчились. Мой пациент даже не пытался бороться за жизнь. Смерть кружила теперь не только над ним, но и над его товарищами.

Мои внутренности скрутило. Снова клятва лекарей дала о себе знать. Она призывала, напоминала, что я клялась оберегать жизнь до самого конца. Я подползла и обняла за ногу тёмного регента, подняв к нему своё лицо.

— Виарат, прошу, — прокаркала я повреждённым горлом. — Отпусти их.

Он даже не шелохнулся. Горячая боль разлилась по моим жилам, и меня бросило в жар.

— Виарат, пожалуйста, — вскрикнула я, поддаваясь панике. — Я дала клятву лекарей.

Я успела рассмотреть, как враги упали на землю, и тьма отрезала нас от них непроницаемой пеленой. Выдох облегчения сорвался с моих губ, и я тут же застонала. В груди, куда попала магическая стрела, разливалась боль…

Дор Халденрей резко наклонился ко мне и поднял на руки. Я прильнула к своему спасителю. Перед нами разверзлась тьма. Из неё повеяло потусторонним холодом. Все волоски на теле встали дыбом. Нет, я туда не пойду! Но у Виарата было иное мнение, и моего он спрашивать точно не собирался.