Онлайн книга «Минни»
|
— Пусть так. Но зачем ты выбрала именно такой интерьер? Я думал, тебе неприятно вспоминать об этом. Колокольчики… Она фыркнула. — Колокольчики! Меня попрекали тем, в чём я ни капли не виновата! Я собираюсь идти по жизни с гордо поднятой головой. Я превратила все эти колокольчики в символ счастья, а не рабства! Где слышен колокола звук, змей не бывает и гадюк!* *И ящериц… Люциус задумчиво молчал, глядя, с каким достоинством она вздёрнула подбородок. Много же он не знал о ней. Гермиона посмотрела в сторону служебных помещений и тоскливо спросила: — Я могу считать наш конфликт исчерпанным? Вы заплатите по счёту, сэр? Или мне занести вас в чёрный список? — О, Гермиона, — сладко усмехнулся Люциус, — я ведь не сказал самого главного. Ты нарушила волшебный закон номер SW-пятьсот тридцать один. Использовала фамильные секреты кухни Малфоев, которые хранились не одну сотню лет за семью печатями, а это уголовно наказуемо. И для этого ты шантажировала домовика. — Как это?! Не может такого быть! Нет такого закона! Люциус только развёл руками, словно говоря: «Не хочешь, не верь, но истина такова». — Ну, милая… ты ведьне можешь знать всех волшебных законов и традиций… Её личико приняло такой виноватый вид, что Люциус едва удержался от улыбки. Позже, когда Гермиона узнает, что это всего лишь блеф, понадобится немало времени, чтобы унять её гнев, но сегодняшний розыгрыш явно стоит того. — Ты ведь сказал мне об этом не просто так, — она прищурилась. — Чего ты хочешь, Люциус? — Такие вещи не обсуждают публично. У тебя есть кабинет? В кабинете они встали друг напротив друга, как непримиримые враги. Гермионе вспомнилось, как днём ранее на месте отца стоял сын, и захотелось выставить Малфоя-старшего раз и навсегда. Пусть исчезнет хотя бы из «Минни», раз уж застрял занозой в сердце. Люциус заметил, как поникли её плечи, и понял: времени терять нельзя. — Чего ты хочешь? — глухо повторила Гермиона. — Какая сумма тебя устроит? — Зачем мне деньги, дорогая? — усмехнулся Люциус. — Их у меня столько, что я могу купить всё твоё кафе вместе с персоналом! Он посерьёзнел. — Мне нужны наши дети. Ты сейчас же вернёшь их домой или можешь ждать судебных приставов. — Ты не сделаешь этого! — вскричала Гермиона. — Это ведь и твои дети! Если ты отнимешь кафе, нам не на что будет жить! — И дети вернутся ко мне, — подытожил он. — Они всё-таки Малфои, так что учти: Визенгамот будет на моей стороне. Я имею полное право на их воспитание, и ты отлично знаешь об этом. — А я?! Ты, значит, хочешь меня в Азкабан посадить?! — Ну, — нарочито медленно протянул Люциус, — если вернёшься сама, по доброй воле, никакой Азкабан тебе не грозит. И кафе у тебя, конечно, останется. Гермиона хмуро сложила руки на груди и пробормотала: — Не хочу иметь с тобой ничего общего. Не хочу. В моей жизни и без того слишком много Малфоев! Люциус скорбно поджал губы. — Вот как ты отзываешься о собственных детях! Действительно стоит забрать их у тебя. — Да кто бы говорил! Ты назвал меня, их мать, грязнокровкой! Зачем вообще тебе дети-полукровки?! — А для чего ещё я, по-твоему, здесь? — тихо спросил Люциус. — Потому что вы нужны мне. Вы — моя семья. И я сожалею, что обидел тебя. Гермиона опустила голову. Эти простые, но такие важные слова несколько успокоили и заставили дышать ровнее. Но обида и гнев всё ещё полыхали в душе, и она не собиралась уступать ему. |