Книга Попаданка с приветом, или Солдат эльфа не обидит, страница 108 – Ирина Романова, Елена Абернати

Очертила ноготками жесткие бусинки — соски, задевая чувствительные вершинки раз за разом, так что эльф невольно выгнулся мне навстречу, подставляясь под ласки.

Испепеляя меня пронзительным голубым взглядом.

— Сейчас узнаешшшь, — ухмыльнулась я.

Снова задела сосок, обхватила двумя пальцами, слегка сжала, чуть выкрутила, снова сжала. Лаская другой сосок ртом, посасывая его, едва прикусывая зубами, зализывая языком, и снова посасывая.

Наконец, обе вершинки стали жесткими, тугими, то что нужно для моей задумки.

Я отстранилась, а эльф снова разочарованно застонал.

— Евгения… — прорычал хрипло.

— Эти штучки будут отлично смотреться на твоей груди. Это зажимы для сосков…

Каждое слово сопровождала действием, облизала обе вершинки, и глядя эльфу прямо в глаза, прицепила клипсу, зажавсначала один сосок в тугой хватке серебристого металла, затем другой.

Отстранилась, наблюдая, как соски наливаются кровью, пульсируют. Эльф зарычал, покачиваясь, тяжело дыша, закатив глаза от удовольствия. С каждым движением его грудной клетки подвески покачивались, клипсы оттягивали соски, разгоняя возбуждение по всему телу.

— Тебе понравилось? — наклонилась к мужу, обдавая ухо горячим дыханием. Скользнула рукой вниз по торсу, к паху, обхватила за основание, не давая кончить оказавшемуся почти на грани эльфу. — Э нет, дорогой муженек, все твое семя принадлежит мне. Только мне! Не смей кончать, не оказавшись внутри меня!

— Евгешшшааа… что ты со мной делаешшшь… — рычал эльф, дергаясь в путах, возбуждаясь еще сильнее, ощущая, как от сосков точечные импульсы растекаются по всем нервным окончаниям. Как бурлит в сосудах кровь, вскипая все больше и больше.

Я все это ощущала вместе с ним. Мы слились ментально, словно стали одним целым.

— Я с тобой еще не закончила… — Выдохнула в его губы, отстранилась, отступая все дальше и дальше, в моей руке снова материализовался кнут, шипя, щелкая, стелясь кольцами по гладкому каменному полу комнаты для игрищ.

А я не сводила внимательного взгляда с эльфа, улавливая малейшие изменения в его эмоциональном фоне. Если появился бы хоть намек на страх или ужас, я бы тут же остановилась, все прекратила.

— Хисс, если тебе вдруг станет некомфортно… страшно… появятся плохие воспоминания… скажи стоп-слово… «Роза»… и я остановлюсь… слышишь, любимый?

Эльф, уже находясь на грани сабспейса, смог лишь кивнуть, давая понять, что запомнил. Хисс продолжал испепелять меня взглядом, мысленно трахая всевозможными способами. Показывая ментально, что со мной сделает, как только освободится.

А я лишь похотливо ухмыльнулась, отвела руку в сторону, и кнут зашипел еще сильней, заскользил по полу голубоватыми кольцами. Слившись со мной в единое целое, став продолжением моей руки.

Я мысленно попросила кнутовище не причинять моему мужу боли, лишь разогреть его, довести до грани безумия.

Услышала, как кнут удовлетворенно заурчал, завибрировал, я размахнулась, и искрящиеся светящиеся полоски вспыхнули, сверкнули дугой, опустившись на разгоряченную кожу эльфа. Оставляя едва заметные бледные полосы на загорелом торсе, бедрах, ягодицах.

Кнутовища закружили вокруг, оглаживая, скользяпо мускулистому телу, разгоняя возбуждение по всему телу. Заставляя искриться все нервные окончания, будоража кровь.

Все это я прочувствовала наравне с мужем. Возбуждаясь вместе с ним, ощущая, как восхитительный коктейль, смесь легкой боли и наслаждения, растекается патокой по венам.