Книга Кира. Пешка или королева, страница 48 – Марина Богданович

Я разорвал поцелуй, все еще держа руку на ее груди.

— Что такое?

— Просто, у меня сейчас очень чувствительная грудь, и мне неприятно, когда ее трогают.

Я убрал руку.

— Хренова бездна!!! — не выдержал я. Хотелось сказать, что покрепче, но блин, нежная фиалка ж.

— Прости, я могу потерпеть, — сказала она, и в глазах уже слезы.

— Кира, — голос мой был ледяным, но на этот раз я не собирался его смягчать, — я скажу это всего один раз: больше никогда не говори мне «просто» и «прости». Это бесит страшно. Если есть проблема — говоришь по существу. Поняла?

Она кивнула.

— Хорошо, ложись спать, я присоединюсь к тебе позже.

По связи я словил облегчение и … злость. Одуванчик умеет злиться, уже неплохо.

Мара ждала меня при полном параде.

— Неужели жена тебя не удовлетворяет? — томно промурлыкала она, проводя рукой по груди и животу, прекрасно видимых под прозрачной сорочкой.

— Кто-то слишком много говорит, — урезонил я брюнетку, подходя ближе к кровати, на которой она полулежала. И Мара тут же благоразумно спустилась на пол и на колени, правильно понимая мои желания. Для начала, принимая меня в свой горячий ротик.

Через два часа я в более-менее терпимом состоянии вернулся в собственную спальню, до этого сделав пренеприятное открытие. Оказывается, после недавнего контакта с женщиной, с которой пройдено слияние, секс с другой не приносит и 10-й доли от привычного удовольствия. Очередной «очаровательный» сюрприз за сегодня. Радует хотя бы то, что если делать перерыв между встречами с женщинами, то такая «побочка» не проявляется, хотя ощущение, чточего-то не хватает, вопреки полученному удовлетворению, мелькает на задворках сознания.

Кира спала, свернувшись калачиком на краю постели, спиной к моей половине.

— Ай и хрен со всем!Все во мне вопило, я безумно хотел ее касаться. Подвинулся к ней вплотную и прижался к жене со спины. Девушка немного завозилась во сне, почувствовав вторжение в ее личное пространство. Я просунул руку под ее майку, и моя возмущенная энергия, наконец, показала признаки довольства, ощущая родственные вибрации поблизости, и заметно «притихла», когда мои пальцы ощутили ее голую кожу под собой.

Носом я уткнулся в заднюю часть шеи жены там, где выступал позвонок и, как последний токсикоман, кайфовал от ее запаха. Не удержавшись, один раз легко прикусил нежную кожу, а после зализал, словно зверь, место укуса.

Вот ты какое, мое запретное блаженство... и агония.

Кира (Вс, утро)

Я проснулась утром в тесных объятиях Гото, ощущая его руку у себя под майкой, которая приятно грела низ моего живота.

— Обычно ты уходишь до моего пробуждения, — зачем-то озвучила свои мысли, в прочем, не ожидая ответа. Которого и не последовало.

Меня лишь развернули, уложив на спину, и Гото, прошептав мне в губы: «доброе утро, Кира», увлек меня в долгий чувственный поцелуй. Его левая рука шарила у меня под майкой, не касаясь груди, за что я была благодарна. Затем он стал покрывать короткими влажными поцелуями мое лицо, а после спустился к шее и принялся натурально вылизывать ее, словно кот, который сошел с ума от передоза валерьянки.

Несмотря на неблагоприятное для плотских утех время, мое желание росло, как и его, я чувствовала это благодаря нашей связи.

— Бездна, — обреченно простонал он, уткнувшись в мое плечо после того, как, наконец, оторвался от моей шеи. — Кира, возвращайся к себе. Я зайду к тебе за полчаса до того, как мы отправимся на прием, — тихо сказал он.