Книга Лёд и карамель, страница 36 – Анфиса Ширшова

– На самом деле я мало что знала об этом виде спорта, – задумчиво произнесла Аня. – Но немного почитала о нем, когда узнала, чем ты занимаешься. Было бы интересно посмотреть на соревнования вживую.

– Я приглашу тебя. Обязательно. Но это будет зимой.

– Договорились, – улыбнулась она, и машина плавно затормозила. – Приехали.

Я кивнул, взглянув в окно.

– Идем, – позвал я, отстегивая и свой, и ее ремень безопасности.

– Куда? – не поняла она.

– Ко мне, конечно. Идем, Аня. Мы никак не можем остаться вдвоем, и я не собираюсь тебя отпускать. И плевать, что уже поздно. Давай проведем этот вечер вместе.

Аня замерла, и я видел, что в этот момент она решается на что-то. Наконец, облизав губы, она кивнула и вышла из машины. Я выдохнул и быстро захлопнул дверь, а спустя минуту мы уже вошли в нашу с Колом квартиру. Я понятия не имел,где шлялся друг, но дома его не было, что вполне меня устроило. Мы с Энн наконец только вдвоем.

Она стояла в прихожей в этом дурацком огромном джерси Колтона, и я больше не мог это выносить.

Мои ладони легли на ее бедра, а потом поднялись выше, пробираясь под джерси, и остановились на ее талии. Аня не отстранилась, не возмутилась и не оттолкнула меня. Ее ладони коснулись моих рук, и кожа покрылась мурашками от этого простого прикосновения. Никогда не думал, что это может так завести меня. Наверное, все дело в том, ктокасается… И если это кто-то особенный, то тело ответит до боли приятными импульсами.

– Сними это. – Мой голос звучал хрипло, а дыхание сбилось. Я прижался своим лбом к ее и вдыхал аромат ее кожи. – Не хочу, чтобы ты носила вещи другого парня.

Я на миг закрыл глаза. Внутри уже все горело от желания обладать ей, защищать ее, сделать своей.

– Остин…

Я наклонился ниже и не позволил ей договорить. Наши губы встретились. Наконец-то… Да. Да. Да! Я так часто представлял этот момент, но действительность оказалась куда лучше, потому что я мог чувствовать ее вкус, я мог облизывать ее губы и прикусывать их зубами, я мог слышать ее сдавленные стоны.

– Сладкая… Какая же ты сладкая, Аня, – шептал я, наслаждаясь ее карамельным вкусом. Как от этого отказаться? Я не мог, не понимал.

Подхватив ее под бедра, я открыл дверь в свою спальню, вошел внутрь и быстро захлопнул ее. Перевел взгляд на Аню, и что-то внутри оборвалось. Она смотрела на меня со смесью доверия, предвкушения и желания. И я вдруг понял, что ни за что не хочу ее подвести. Ни в чем. Но стоило ли тогда нам заходить дальше? Ведь в том, что я ее подведу, что не смогу быть честным с ней, я был уверен. Она не заслуживала этого. Не заслуживала меня – человека с горой проблем за плечами и сломанной жизнью.

Все эти мысли заняли всего лишь пару секунд, в течение которых я пожирал глазами ее распухшие от наших поцелуев губы и огромные глаза цвета теплой карамели.

Аня вдруг отвернулась и сняла с себя джерси, оставшись… Проклятье. На ней не было лифчика. Я сделал несколько шагов вперед и замер за ее спиной. Мне нравилось, каким быстрым стало ее дыхание. Я сам едва мог дышать, ощущая, как в груди что-то щемит от вида ее беззащитной спины, от фарфоровой кожи и тепла ее тела.

Мои ладони как-то сами собой обхватили еегрудь, и я застонал сквозь зубы, почувствовав ее желанную тяжесть. Аня прерывисто выдохнула и на мгновение ее ягодицы прижались к моему паху. Я едва не лишился рассудка.