Книга Их звёздные ночи, страница 10 – Анфиса Ширшова

Они легли в постель, и Итон тотчас прижал ее к себе, утыкаясь лицом в ее макушку. Аня успокаивающе водила ладонями по его спине, но тело его вдруг заколотило, а Аня испугалась еще больше. Подтянув одеяло повыше, укрывая их обоих, она коснулась губами его плеча, мягко поглаживая пальцами густые волосы.

– Обещай, что будешь рядом, – сдавленно попросил Итон и тяжело выдохнул, а затем снова сделал глубокий вдох. – Обещай, Аня.

– Я с тобой. Всегда.

– Всегда… – повторил он, борясь с лютой тревогой, неожиданно набросившейся на него именно в тот момент, когда Аня с детьми остались у него дома.

Такое уже бывало и не раз, и Итон радовался лишь одному – что никто не видит его в моменты приступов. Казалось, что легкие и сердце сдавливала невидимая рука, мешая дышать, сбивая частоту пульса. То замедляла его, то ускоряла, вызывая головокружение и тупую боль в затылке.

Теплые ладони Ани и ее бархатная кожа отвлекали его от ощущения этой безжалостной руки, сминавшей его органы. Сладковатый, но в то же время свежий аромат ее кожи наполнил ноздри, раскрывая легкие, наполняя его жизнью. В какой-то момент он вдруг осознал, что оказался в самом центре собственной несбыточной мечты. Аня в его объятиях, гладит его, целует мягкими губами в плечо, щекочет лицо шелковыми волосами. За окном ночь, и она в его постели. В его руках.

Он бы хотел провести так всю жизнь.

Сколько прошло времени, Итон не знал. Его перестало трясти, а дыхание стало ровнее. В какой-то момент он понял, что Аня уснула, прижавшись к его телу. Неудивительно. Наверняка ее выматывала ночная работа, капризы детей и постоянный уход за ними. Теперь и он подкинул ей проблем.

Внезапно Итона пронзила мысль о том, что на нем нет футболки, а футболка Энн слишком тонкая, и теперь он остро чувствовал мягкость ее груди и едва заметное трение ее сосков о его кожу, когда она делала размеренные вдохи.

Показалось, что каждая мышца в его теле напряглась, а в самом центре груди вдруг стало щекотно. Пальцы его слегка подрагивали, когда он провел ими по волосам Энн, невольно прижимаясь к ней теснее. Зажмурившись так сильно, что перед глазами поплыли белые круги, Итон пытался совладать с собой, пытался унять вновь разогнавшееся сердце, но сознание будто потеряло власть над инстинктами. До боли сжав пальцы в кулаки, он еще некоторое время бесстыдно наслаждался ощущением того, какими твердыми стали ее соски от соприкосновения их тел, а затем заставил себя неслышно покинуть спальню.

В комнате мальчиков было тихо, но Итон направлялся не к ним, а в ванную. Включив воду в душе, он быстроснял штаны вместе с боксерами и встал под прохладные струи. Легче не становилось. Наоборот. Мышцы пресса скрутило, стоило ему вспомнить Энн в своей постели. Итон, не в силах больше сопротивляться, ткнулся лбом в прохладный кафель, опустил ладонь на давно ставший твердым член, провел по стволу всего пару раз и задрожал от взрыва остро-сладкого удовольствия, граничившего с болью. С его губ несколько раз сорвалось любимое имя, и он опустился на колени, упираясь руками в пол, прерывисто дыша и слыша взволнованный стук собственного сердца.

Прохладные струи падали на его спину, на волосы, смывали аромат кожи Энн. Выдохнув, Итон поднялся, выключил воду и тщательно вытерся полотенцем. Одевшись, он вернулся в свою спальню и вновь занял место рядом с ней, прижимаясь к ее теплому телу. После душа стало чуть легче. Мышцы уже не сводило до звезд в глазах, и он просто наслаждался близостью любимой девушки.