Книга Отпуск с последствиями, страница 43 – Анфиса Ширшова

Мне показалось, или за дверью действительно послышался приглушенный стон? Я вскочил на ноги и прижался ухом к двери. Страшные мысли закрались в голову. А вдруг она не одна? Вдруг с каким-нибудь мужиком? Да нет, откуда бы ему взяться? У Яны никого нет. И тут внутри что-то сжалось от страшного предчувствия. Глеб! Он ведь что-то задумал, я же видел это! Последнее время мы с ним совсем не общались, хотя раньше он частенько мне звонил.

Я грохнул кулаком по двери и позвал Яну, но снова тишина. Матерно выругавшись, я еще несколько раз врезал кулаком по несчастной двери, а потом меня осенило. Я разблокировал свой смартфон и открыл специальную программу, в которой можно было узнать местоположение человека с телефоном такой же марки. Когда-то мы с Глебом и парой моих друзей подключились к ней просто из интереса, а потом, естественно, забыли об этом, хотя пару раз я пользовался этой фишкой. Мои догадки подтвердились. Братец находился здесь.

Я набрал в грудь побольше воздуха, еще раз надавил на кнопку звонка и рявкнул на весь подъезд:

– Открывай, гнида, я знаю, ты тут! Даю тебе две секунды и звоню ментам!

Я не ожидал, но действительно услышал осторожные шаги. Кто-то подкрался к двери и прислушался.

– Глеб! – рыкнул я, грохнув кулаком по железной двери, а она вдруг открылась с тихим щелчком.

– Лео, – шепотом позвал Глеб, но я уже влетел внутрь, пытаясь хоть что-то увидеть, ведь в подъезде было светло, а в прихожей свет был выключен.

За мной закрылась дверь, а в следующую секунду брат ударил меня по голове, да так, что я не удержал равновесия и грохнулся на пол. Он навалился сверху и двинул мне в ухо. Я кое-как сгруппировался, сумел высвободить руку и, не глядя, замахнулся. Кажется, мне удалось его достать, но Глеб лишь тихо выругался. Я услышал сдавленный стон из комнаты, и это придало мне сил. Что он сделал с Яной??

Братец молча колотил меня, и это выглядело страшно. Глаза уже успели привыкнуть к темноте, и я видел жуткое выражение лица Глеба: глаза вытаращены, губы сжаты, на лбу вздулась вена. Чего он хотел? Прибить меня? Но долго думать было некогда. Я закрыл голову, на некоторое время оградив ее от ударов, быстро отметил, что Глеб почти не держит мои ноги, я извернулся, и двинул ему между ног. Братец взвыл, а я не сталждать, врезал ему в челюсть, вложив в удар всю свою ярость. Он откатился в сторону, я же молниеносно вскочил на ноги, ударил в висок, а потом еще дал ему по ребрам с ноги. Глеб сжался в углу, прикрывшись руками, а потом начал всхлипывать. Я застыл с занесенным над его головой кулаком, ощущая бешеный стук своего сердца во всем теле, казалось, что оно было везде: в груди, в животе, в голове.

– Какая же ты мразь, – еле как выдавил я, горло будто сдавило.

Из комнаты послышались сдавленные рыдания. Я медленно повернулся, боясь увидеть Яну. Что этот подонок мог с ней сделать? Сцепив зубы, я прошел в единственную комнату, включил свет и увидел ее. Она лежала на кровати в одном белье, руки прикованы к изголовью наручниками, рот заклеен скотчем. Волосы взлохмачены, глаза огромные, по щекам катятся слезы. Я мигом подлетел к ней, снял скотч, а она сделала жадный вдох, трясясь всем телом.

– Сейчас, сейчас, – забормотал я, оглядываясь.

Нужно было снять с нее наручники. Наверное, ключи у Глеба. Я вернулся в прихожую, включил свет, оглядел брата, сжав кулаки. Он выглядел безумным и постаревшим лет на десять. Я всегда знал, что у него не в порядке с головой, но надеялся, что он может с этим бороться. И он пытался, но с Яной у него окончательно съехала крыша.