Книга И всё сначала, страница 12 – Анфиса Ширшова

— Они не следят за численностью населения? — задумчиво спросила Виктория, поправив очки.

— Насколько мне известно — нет. Это у нас детей могут иметь лишь пары, официально заключившие брак и прожившие вместе не менее года. Некоторые мужчины соглашаются на вазэктомию. В этом случае вообще не приходится переживать о нежелательной беременности. Но таких не много. Да и нашему городу нужны военные. Мужчины. В общем, палка о двух концах. Перенаселение приведет к голоду, а нехватка военных — к проблемам с безопасностью. В Джорджтауне, по-моему, вообще никаких правил. Грабь, убивай, насилуй. Полный хаос. Бедные жители Бриджа. Боюсь, они все обречены.

— Зачем же полевой госпиталь, если войны нет? — спросила я.

— Пока нет, Эни. Но, я думаю, это вопрос решеный. Наши не торопятся нападать первыми, поскольку ждут подмоги из других городов. Престон же попытается уговорить наших на дополнительные поставки продовольствия и оружия для его городов. Ему выгодно получить это мирным путем, ведь одна военная операция уже существенно потрепала его людей.

— Переговоры пройдут в лагере? — спросил Колин Вудворт — студент-медик.

— Похоже на то, — вздохнул Оскар. — То, что происходит сейчас — нечто новое для всех нас со времен смертельного вируса. Людям спокойно не живется, вот и войны начались. Передел территорий и ресурсов.

Мы удрученно молчали, а я смотрела в окно. Огромные деревья, высокая трава, какие-то неизвестные мне растения — просто торжество природы над человеком. Кажется, планете будет лучше без людей.

Ехали мы минут тридцать и вскоре остановились около лагеря, разбитого нашими военными. Множество палаток цвета хаки, навесы, крытые грузовики. Мы покинули минивэн и дождались одного из военных, который проводил нас к импровизированному госпиталю — огромный шатер с койками и комнатками, отделенными ширмами. Оскар, будучи главным, принялся деловито расспрашивать паренька о том, где выгрузили инструменты и лекарства, а мы просто растерянно бродили по шатру и переглядывались. Я вышла наружу и тяжело выдохнула. Волнение не отпускало, хотя еще, собственно, ничего и не началось.

— Эни? — услышала я за спиной и резко обернулась.

Алекс шел ко мне быстрым шагом, лицо нахмурено, в глазах… ярость?

— Какого чертаты тут делаешь? — рявкнул он, схватив меня за локоть.

— Работаю, — тоже нахмурилась я и попыталась высвободиться, но он держал меня крепко.

— Ты что, записалась в добровольцы? Ты спятила?!

— В чем дело? — я подняла голову, чтобы заглянуть в его глаза. Высокий, крепкий. Я рядом с ним ощущала себя хрупкой и уязвимой.

— Тут опасно, как ты не понимаешь?! Начнется война — будет ад. Зацепить может кого угодно! В том числе и тебя.

— Тебе-то что? — опешила я.

Он некоторое время молча вглядывался в мои глаза. Так странно. Будто замерзшие озера отражаются друг в друге. Потом устало провел ладонью по коротко стриженным волосам.

— Ты еще слишком маленькая, — сокрушенно покачал он головой. — Сколько тебе? Двадцать?

— Двадцать три, вообще-то. Я врач. Поэтому и нахожусь здесь.

— Глупая. То, чем ты занималась в больнице, просто цветочки по сравнению с огнестрельными ранениями. С ранениями от гранат. Раздробленные конечности, внутренности, смрад…

— Алекс! — Кажется, я назвала его по имени впервые. Он сжал челюсти и упрямо уставился на меня. — Я знаю, что меня ждет. Представляю. То есть… может, и не представляю, но меня уже просветили. Не нужно считать меня дурой.