Книга Власть Шести, страница 85 – Анфиса Ширшова

— Я тоже. Но не смог, — глядя в пол остекленевшим взглядом, прошептал Нэйт.

Джеймисон пробирался к другу в лазарет по ночам, совсем как Леджер к нему в детстве. Рассказывал, как проходят дни, кто снова накосячил и кому влетело. А однажды он сказал:

— Стала бы Эм-Джей ждать меня, если бы узнала правду о том, что тут творится?

Все тело Леджера напряглось, стоило услышать имя этой девушки. Он отчаянно пытался избегать разговоров о Джейн, но понимал, что рано или поздно Нэйт все же захочет поделиться с ним тем, что между ними происходило. В этот же момент все внутри съежилось от боли. Другой. Не телесной. Но не менее мучительной.

Не дождавшись ответа от друга, а может, просто желая выговориться, Джеймисон продолжил:

— Она бы простила… Я почему-то в этом уверен. Это самая добрая и понимающая девушка во всем мире. Если бы не Эм-Джей, мне здесь было бы совсем невыносимо.

Бёрнс неопределенно хмыкнул. Что он мог сказать? Что уж он-то отлично понимает, каково это, — знать, что тебя никто не ждет; знать, что представляет собой слово «невыносимо»?.. Это когда онасмотрит с искренним теплом, но ты заставляешь себя не шевелиться, хотя ладони жутко печет от желания ее коснуться; когда она проходит мимо, ты чувствуешь ее аромат и умираешь внутри от безысходности; когда видишь еес другим… С самым близким человеком, которому всегда желал лишь лучшего. Но только не ее.

А Нэйт между тем внезапно сказал:

— У нас еще ничего не было.

Голова Леджера сама собой повернулась к другу.

— Как это?

Нэйт пожал плечами и принялся крутить в пальцах ремешок часов.

— Я не хотел торопиться. Мне так нравилось, как у нас все развивалось: неспешно, трепетно… Сначала объятия, прогулки за руку, а потом я ее поцеловал.

Леджер уставился на свое одеяло, не моргая. Когда Нэйт рассказывал все это, он представлял на его месте себя. От этого становилось совсем тошно, но он молчал, не прерывая друга.

— Я просто не мог переспать с Мэри-Джейн и исчезнуть на три месяца. Это было бы подло. Но теперь я постоянно думаю о том, как все будет. Я впервые за все эти годы так рвусь обратно в Эдинбург. Она появилась в моей жизни, и все изменилось, Ледж.

Бёрнс выдал кривоватую ухмылку. Ну да. Он мог сказать то же самое, только не рискнул. Рушить счастье лучшего друга, почти брата — это полное дно. Но что ему самому теперь делать? Как избавиться от чувств к Джейн? И что было бы, пригласи он ее тогда на ярмарке на свидание? Она бы согласилась? Ему хотелось верить, что да.

И сейчас страдал бы не он, а Нэйт…

— Я должен тебя кое о чем предупредить, — внезапно решился он. — Перед отъездом в лагерь я… Короче, у меня и Грейвуда произошла небольшая стычка. И он в запале сморозил кое-что неприятное.

— Что именно? — напрягся Нэйт.

— Что мы вдвоем трахаем Эм-Джей.

Леджер не хотел смотреть в глаза друга, но заставил себя не прятать голову в песок. Таким окаменевшим он Виски еще не видел. Разноцветные глаза в эти секунды показались вдруг особенно зловещими.

— Забей на него. Я сказал это только для того, чтобы если вдруг подобные слухи поползут по универу, ты знал, что это выдумки гребаного Грейвуда. Он мстительная мразь и может подгадить мне таким подлым образом.

— Я бы никогда в это не поверил, — наконец произнес Нэйт, глядя Леджеру в глаза. — Ты мой лучший друг и брат. И Мэри-Джейн я тоже доверяю.