Книга Власть Шести, страница 103 – Анфиса Ширшова

— Я люблю тебя, — шептал он, пытаясь двигаться неторопливо, но самоконтроль летел к черту. Неутолимая жажда будто подталкивала его, вынуждала действовать резче и грубее, словно он должен оставить на Эм-Джей свое клеймо.

Ее тело напряглось, но только потому, что он уже подвел ее к самому краю. Еще один толчок, и вот оно — долгожданное удовольствие. Они прыгнули в него вдвоем, почти одновременно, погрузились с головой, растворяясь в ощущениях.

С Эм-Джей каждый раз — настоящее волшебство. Так думал Нэйт, осторожно подхватив ее на руки, чтобы в следующий момент уложить в постель, тщательно укрыв после этого одеялом. Он и сам лег рядом, прижимаясь к ее телу.

Этой ночью он спал крепко и как никогда безмятежно.

К сожалению, провести вместе Рождество им не довелось. Нэйт был вынужден уехать на Черный остров в замок Эшбёрнов, а Эм-Джей оставалась в Эдинбурге.

Джеймисон корил себя за то, что почти ничего не рассказывал своей девушке о родственниках. Он просто не понимал, что может рассказать. Что мать после рехаба окончательно замкнулась в себе? Что у его отца еще пять клонов, которые хотят поработить мир и считают, что в них живет душа древнего божества? Что дед с бабкой не видели его вплоть до двадцатилетия? Или что у него есть кузен, который предсказывает грядущий апокалипсис? А еще пророчество… К тому же собственные видения не давали ему покоя. Куда ни кинь — всюду безумие. И как о таком можно говорить? Эм-Джей наверняка сочтет его сумасшедшим, и Нэйт даже не стал бы ее в этом винить. Он и сам до сих пор гнал от себя рой вопросов и сомнений по поводу собственного здравомыслия.

Однако, прощаясь с Мэри-Джейн, он ненавидел сам себя, когда говорил, что должен уехать к семье… Уехать без нее.Наверняка она восприняла это сообщение именно так. Но вида не подала, только в глазах промелькнула грусть. Нэйт не смог этого вынести и быстро добавил:

— Поверь, Эм-Джей, я и сам не хочу туда ехать. Мои родственники… довольно специфические люди. С ними очень сложно поладить. Меня до сих пор не воспринимают всерьез.

— Ничего, всякое бывает, — кивнула она и поцеловала его на прощание. — Пиши мне иногда, хорошо?

— Не иногда, — покачал он головой и притянул ее к себе, уткнувшись своим лбом в ее. — Каждую свободную минуту.

— Договорились…

— Я уже скучаю, Эм-Джей, — шепнул Нэйт, внезапно понимая, что никогда ни с кем не был так откровенен в том, что касалось его чувств. Но он полностью открылся Мэри-Джейн, и это вышло так легко, как будто именно она была предназначена ему судьбой, и именно с ней он мог чувствовать себя безопасно и спокойно. Его личный райский островок…

— Я буду тебя очень ждать.

Она поцеловала его в шею, прикусила мочку уха, и Нэйт обреченно застонал, понимая, что сделать шаг из ее квартиры — подобно пытке.

Когда Эм-Джей разжала руки, он тотчас почувствовал себя растерянным и напряженным. Он не хотел оставаться в одиночестве. Не хотел ехать в неуютный мрачный замок, не желал вновь разгребать кучу проблем и выслушивать всяческие наставления. Слова Эшбёрнов забивали сознание и разум информационным мусором и эмоциональным шлаком. Там ему становилось тяжело, тревожно, даже дышать нормально никак не выходило. Собранные все вместе Эшбёрны странно действовали на него. Видения появлялись чаще и становились отчетливее. Стирались грани разумного, Нэйт переставал понимать, что правда, а что плод его воображения. Он ненавидел это состояние, и, быть может, именно поэтому так держался за Эм-Джей. Рядом с ней все было понятным, уютным и красочным, окутанным теплом и заботой, пропитанным любовью. Такой он хотел видеть свою жизнь.