Книга Драконий отбор, или Нежеланная невеста-попаданка, страница 84 – Оксана Волконская

Я прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться и постаралась почувствовать ту силу, что так неожиданно во мне сегодня поселилась. Точнее спала до сегодня. И в какой-то момент увидела огненную искорку в темноте. Надеясь, что это не игры воображения, я постаралась осторожно приблизиться к ней. Каждый мысленный шаг давался мне с огромным трудом, а от искорки исходили настороженность и… Одиночество? Дремлющая во мне сущность чувствует себя одинокой? Мое сердце переполнилось жалости, страх прошел, и следующие несколько шагов дались мне куда легче. А потом мне в руку ткнулось… Нечто. Я затруднялась сказать, что именно, поскольку разглядеть не могла, изображение расплывалось, двоилось. Но это что-то ластилось ко мне, как маленький котенок, и я осторожно погладила его. И услышала едва заметное урчание огненной сущности. Кажется, моя ласка пришлась ей по вкусу. Затем сущность неожиданно разлетелось на мириады золотисто-огненных осколков, и я вернулась в реальность.

— Прекрасно, — пробормотал больше себе под нос Дитрих, внимательно глядя на меня и хрустальный шар, наполненный золотисто-огненными всполохами. — Так я думал. Рад, что мои предположения подтвердились.

Мне совсем не по чинубыло допытываться, что творилось в голове короля. К счастью, рядом со мной находился тот, кто вполне мог задать этот неприличный вопрос.

— Это, конечно, хорошо, отец, — выступил Витольд, коснувшись моего плеча. — Но с нами не хочешь поделиться своими соображениями?

Эта незримая поддержка невольно заставила меня улыбнуться. Дитрих же сделал вид, что ничего не заметил. Сложив руки на груди, его величество произнес.

— Насколько я могу судить, драконом рида Стефания не является.

Я будто услышала звон, раздавшийся в замершей тишине. Вопрос «а кем?» повис в воздухе, но почему-то никто из нас не решался его произнести.

Первым решился нарушить молчание Витольд:

— Но как же так, папа? Я сам видел! По всем признакам, в Стеф просыпается вторая сущность. Огонь прорвался наружу, он не причинял ей вреда. Что это еще может быть?!

Кажется, принц тоже был несколько растерян. Иначе, почему он вдруг перешел с официального «отец» на «папа»? Я эту деталь отметила мимоходом, в голове все смешалось. И я уставилась на короля в надежде, что сейчас он пояснит свое заявление.

— Сущность — просыпается, — методично и как-то даже нравоучительно поправил сына король. — Вот только кто тебе сказал, что сущность дракона? Мы не единственные огненные сущности в нашем мире, — и после этого он как-то очень уж внимательно посмотрел на меня. Перед моим мысленным взором тут же всплыла книга, которую читала мама перед исчезновением. Получается, что? Я — феникс?! Та самая легендарная птичка, возрождающаяся из пепла?

— Что ты имеешь в виду, пап? — продолжил тем временем беседу Витольд, видя, что я временно не в состоянии поддерживать разговор.

— Мне кажется, рида меня прекрасно поняла, — и тут король подмигнул мне. — Стефания достаточно умна, чтобы понимать, к чему я веду.

Стефания с этим не согласна. Стефания вообще находится в полной прострации, не представляя, что говорить и как реагировать. И можно ли вообще хоть как-то выдать себя в данных обстоятельствах? Мама говорила, что Дитрих не причинит мне вреда. К тому же, если я смогла уточнить, какими книгами интересовалась мама, кто мешал кому-то из королевского семейства поинтересоваться тем же в отношении меня? При таком раскладе глупо не сложить два и два. А выглядеть дурочкой мне не хотелось.