Книга Вернуть жену. Я тебя не отпускал, страница 63 – Саяна Горская

Дамир намыливает мои волосы, взбивая пену. Разглаживает их по моей спине и прочесывает пальцами по всей длине.

Ему всегда нравились мои волосы, я знаю.

Мы все в пене.

Вода бежит по нашим телам, лицам. Снова целуемся агрессивно и жадно. Во рту горьковатый привкус шампуня.

Тёплые струи размывают границы между нами. Я больше вообще не ощущаю своих, но и волнений по этому поводу не испытываю.

Есть только голод сейчас и неистовое желание его удовлетворить. Любыми средствами.

Я потом побеспокоюсь о своих моральных принципах.

Наше шумное и громкое синхронное дыхание иногда превращается в стоны. Губы уже саднит от долгих и слишком жестких поцелуев.

И мы двигаемся медленно, очень медленно, чтобы продлить эту пытку, чтобы как можно дольше оставаться здесь, в иллюзии того, что между нами всё хорошо.

Я забываю обо всём. Несдержанно мычу и хнычу, выпрашивая ещё. Дамир ускоряется, а я отчаянно тянусь ему навстречу, теряя рассудок…

Яркая ослепляющая вспышка…

Ноги сводит мелкой судорогой.

Мы оседаем на колени. Снова целуемся и расслабляемся под тёплыми потоками воды. Наши тела всё ещё неспокойно вибрируют.

Дамир выключает воду.

Поднимает с пола своё полотенце и снова оборачивает вокруг бёдер. Закутывает меня тоже и несёт в спальню.

В нашу спальню.

— Это не моя комната.

— Твоё место здесь. В этой постели, — он укладывает меня на покрывала. — Тут ты и останешься.

Я слишком неадекватна сейчас, чтобы что-то решать или воевать. Во мне ни крохи здравого смысла.

— А ты?

— Я буду у себя.

— Нет.

Перехватываю его ладонь.

— Не уходи.

Это выглядит, как мольба.

Мне плевать.

— Хочешь, чтобы я остался?

Киваю.

Дамир кусает в задумчивости губы, и я уже ругаю мысленно себя за эмоциональность и несдержанность.

Зачем тебе это нужно, Ася? Пускай идёт. Вэтом доме полно свободных спальных мест.

— Хорошо.

Он обходит кровать и ложится. Обнимает меня со спины, переплетая наши пальцы в замок.

Я должна ненавидеть себя за то, что делаю, но мне так хорошо, спокойно и безопасно сейчас…

Злюсь на себя.

Нужно хотя бы попытаться восстановить барьер между нами.

Глупо и нелогично, конечно, когда ты сама настояла на том, чтобы мужчина остался в твоей постели, но где сейчас логика, а где я?

— Дамир.

— М?

— То, что между нами было…

— Ничего не значит, — угадывает он.

— Да. И моя просьба остаться…

— Временное помутнение рассудка.

— Да, — веки тяжелеют, глаза слипаются. В голове вата. — Завтра я снова буду тебя ненавидеть, обещаю.

Зеваю.

— Хорошо, сладкая, — шепот и быстрый поцелуй за ушко. — Завтра делай что хочешь, а сегодня оставь мне. Я его у тебя конфискую. Спи.

Я бываю иногда послушной.

Засыпаю…

Дамир.

Варю кофе, стараясь сильно не шуметь посудой.

Силы небесные, как же ахрененно я поспал!

Закрыл глаза и провалился в темноту, а очнулся только утром. И никаких метаний по простыням и бесконечных переворачиваний подушки прохладной стороной наверх. Никаких поисков удобной позы и попыток перерубить поток громких мыслей в голове.

И причина не в скопившейся усталости, нет.

Причина всё ещё там, в нашей спальне, прячет нос под одеялом и наверняка казнит себя за произошедшее, если уже проснулась.

За вчерашний кайф сегодня я буду расплачиваться ледяным равнодушием с её стороны. Ася сделает всё, чтобы показать, как ей наплевать на меня "на самом деле". После вчерашнего пожара окатит холодным душем.