Книга Не лечи мне мозги, МАГ!, страница 15 – Ирина Ордина

В синих боксерах и накинутом на манер плаща полотенце с цветочками, но с выражением поистине герцогского высокомерия на лице, Георг выглядел настолько потешно, что я нервно хихикнула. Маг все понял, и с гордо поднятой головой зашел обратно в ванную, не забыв хлопнуть дверью.

— Мила, кто это? — с придыханием спросила Соня. — Просто Крис Хемсворт местного разлива.

— Я все слышу! — донеслось из ванной. — И кто такой этот Хемсворт загуглю.

— В том-то и дело, Соня, что не местного разлива. Совсем не местного, — ответила я, округлив глаза.

Пока мы с ней накрывали на стол, я вкратце рассказала, что произошло. Подруга слушала с открытым ртом и, конечно же, не верила.

— Книга? Маг? Мил, ты представляешь, как это звучит? — скептически спросила Соня. — И проверить нельзя, потому что «магии мало в нашем мире», и красавчик хлопается в обморок при попытке колдовать.

В это мгновение одна из веточек укропа, который Соня раскладывала на тарелке с овощами, вырвалась из ее рук, воспарила и воткнулась в волосы на манер цветка. Подруга вытаращила глаза, боясь пошевелиться. Потом перевела взгляд на вошедшего на кухню Георга и что-то нечленораздельно замычала.

— Зачем эта показуха? — спросила я хмуро, глядя на бисеринки пота, выступившие у мага на лбу.

— Иначе бы она не поверила, — ответил он и устало плюхнулся на стул.

Георг был полностью одет, даже кроссовки напялил. Вот и пусть теперь так сидит, авось вспотеет.

— Ссылочку на книжку мне скинь, почитаю. Может, у него братец есть симпатичный. Глядишь, и мне фартанет, —обрела дар речи Соня.

— И мне ссылочку, я тоже почитаю, — влез маг и мстительно добавил: — а братец у меня женатый, так что тут не повезло вам.

— Скажите, Георг, а ваше имя как-то можно сократить? А то для нашей страны сильно непривычно. Вы ведь пока остаетесь, значит надо приспосабливаться. Например, у нас есть имя Георгий. Сокращается до Гоши. Он же Жора, он же Гога, — тем временем проговорила рациональная Соня.

— Никакого Гоги! — Возмутился маг. — В моих жилах течет королевская кровь, а вы меня хотите звать будто я челядин какой-то. На Георгия я еще могу согласиться.

Он великодушно махнул рукой в мою сторону, будто это я придумываю для него имена. Глядя на его упрямо выдвинутый подбородок, я спорить не стала. Не хочет Гошу — не надо.

— Сиятельство, ты есть будешь? — спросила я, кивнув на пиццу.

— Накладывай. — Величественно разрешил Георг.

— Сам накладывай! — вскипела я, бросив нож на стол. — Что-то ты перед Соней развыпендривался, до этого не вел себя как король-переросток!

— Почему переросток? — удивился Георг и под шумок уволок себе на тарелку половину пиццы.

— То есть с тем, что «развыпендривался» ты не споришь? И оставь нам! — пресекла я дальнейшие поползновения Георга к пицце. — Остальные пиццы с другими вкусами.

Соня, с любопытством наблюдавшая за нашей перепалкой, протянула:

— Весело у вас тут, ребята. Ругаетесь будто молодожены.

— Вот еще! — возмущенно сказали мы с Георгом хором.

— Ладно-ладно. Тогда давайте дальше думать. Георгу, вернее Георгию нужна легенда и документы, — Соня задумчиво почесала подбородок. — Хотя чего уж проще: идти в полицию и говорить, что упал, ударился головой, потерял память, да и все. А ты, Мила, его нашла и пожалела.

— Это мне нравится. Но для достоверности нужна рана на голове, — и я стала смотреть на брюнетистую шевелюру Георга, будто примеряясь, куда его садануть.