Книга Клянусь, я твоя, страница 90 – Полина Эндри

Всю дорогу мы едем в явном напряжении — никто из нас даже не пытается завести разговор, чтобы попытаться заполнить тягучую пустоту тишины. Я поворачиваю голову и смотрю в окно, разглядывая мелькающие по ту сторону здания и неясные лица прохожих. А вот и знакомая улица… С главной дорогиегоне видно, однако я знаю, что за вторым поворотом протягивается небольшой квартал с небогатыми зданиями, где располагается дом Кейна. Моё сердце болезненно екаеь в груди, на краткий миг мне кажется, будто я падаю вниз и проваливаюсь в непонятно откуда взявшуюся глубокую пропасть. Яведь ждала тебя тогда. Почему же ты не пришел, Кейн?

До клиники мы добираемся меньше, чем через полчаса. Я даже не удивляюсь этому, сегодня выходной день, пробок почти нет, да и с вождением у отца точно все в порядке. Отец останавливает машину на платной парковке перед трехэтажным зданием частной клиники.

— Я останусь в машине, — папа заглушает мотор и, повернув ключ в замке зажигания, обращается к маме: — Я надеюсь, мне не придется идти вместе с вами? А то вдруг ты мне снова солжешь.

Зубы его при этом скрипнули, так словно это уже случилось. По-любому, маму задели эти слова, но виду она не подала.

— Не беспокойся, Джордж, такие вещи я утаивать не собираюсь, — холодно отвечает мама. — Ким, идём, — подхватив ремешок сумки, она тянется, открывая дверцу, но замирает, замечая, что я так и не сдвинулась с места.

Мама непонимающе оборачивается ко мне.

— Ким?…

Я продолжаю сидеть неподвижно, изо всех сил делая вид, что мне все равно на ее взволнованный тон. Мои руки начинают трястись и мне приходится сжать их в кулаки, положив на коленки.

— Я хочу знать, что вы собираетесь делать, если беременность подтвердится, — мой голос холодный, почти ледяной.

— Ким…

— Папа,— я с нажимом произношу, сделав весьма толстый намек, что меня интересует именно его мнение. Я смотрю в его профиль, долго смотрю, и понимаю, что ведь даже понятия не имею, какие мысли крутятся в его голове.

— Вы идите, дочка, — наконец просто и как-то спокойно отвечает отец. — А что мы будем делать дальше, покажут результаты обследования.

Я стискиваю зубы почти до хруста, чувствуя раздражение из-за весьма туманного ответа. Всё понятно. Почему нельзя просто ответить без этих загадок?

Чувствуя бессильный гнев, я выхожу из машины, громко хлопнув дверцей, и иду прямо в здание больницы. Я слышу как мама выходит следом, пытаясь догнать меня, звуки ее каблуков быстро отбиваются по асфальтированной дорожке. Когда мы заходим в помещение, становится ощутимо по-другому. Я сразу же с мамой одеваю бахилы и следую за ней в приёмный покой. Посетителей немного, проходящие мимо врачи добродушно улыбаются пациентам, на стойке администрации девушка приветствует нас доброжелательной улыбкой.

— Доброе утро, — здоровается моя мама, доставая из сумки пластиковую карточку и кладя её на стол.

— Уильямс Кимберли, мы записывались к мисс Клаудна девять часов.

Девушка быстро проверяет информацию, быстро щёлкая что-то по клавиатуре.

— Но миссис Уильямс, боюсь, это невозможно, на девять у нас другая пациентка.

— Я звонила ей, все в порядке, мисс Клауд сказала, что примет нас, — мамин голос уверенный и спокойный.

Проходит ещё долгих несколько минут, прежде чем девушка перепроверяет информацию, звонит по телефону и несколько раз набирает что-то на клавиатуре. А затем она кладет трубку, распечатывает направление и с той же улыбкой протягивает нам с мамой.