Книга Клянусь, я твоя, страница 53 – Полина Эндри

"38.2. Я уже вызвал врача."

Я хмурюсь, вглядываясь в телефон, потому что правда, всей душой надеялась на лучшее. И пока я судорожно пытаюсь понять, что ответить, сама не замечаю, как из груди вырывается тяжёлый вздох. До меня тут же доносится низковатый, чуть вкрадчивый голос Стэна:

— Хочешь к нему?

Я поднимаю голову в замешательстве и свожу на переносице брови.

— Что? — и только теперь ко мне приходит осознание услышанного. Я судорожно мотаю головой. — Неважно, что я хочу. Это все равно невозможно.

— А что, если нет? — в голосе Стэна появляется какая-то новая интонация, в глазах вызов.

— В смысле? — я смотрю на него так, будто он только что признался мне в том, что он нетрадиционной ориентации. — Ты предлагаешь мне прямо сейчас удрать к Кейну и навлечь на себя очередной родительский гнев? — я тихо посмеиваюсь.

— Почему бы и нет, — на лице Стэна ни капли веселья, он смотрит на меня с любопытством и чем-то ещё. Моя улыбка сходит на нет, и вот тут я уже начинаю понимать, что он не шутит.

— Ты… Ты правда сделаешь это? — я осторожно проговариваю, плохо скрыв дрожь в голосе.

Потому что да, я почти уверена, что Стэн сейчас согнется пополам от смеха, осуждающе покачает головой и ткнет в меня пальцем, сказав, что я просто набитая дура. Но ничего из этого не происходит, теперь на лице Стэна играет безмятежное выражение, его губы слегка приподняты в улыбке, руки он держит в карманах брюк. Он легко пожимает плечами.

— Ну мы же друзья. А друзья помогают друг другу.

Я смотрю на него во все глаза, хлопаяресницами, пытаясь счесть на лице какой-нибудь тайный заговор, самый малюсенький намек на одну большую шутку, но кроме сдержанной улыбки и одобрения в мягких карих глазах я больше ничего не нахожу.

— Спасибо! — я тут же все бросаю и буквально сдавливаю его в объятиях. — Ты просто замечательный друг!

— Ладно, Ким, я понял. Ты сейчас задушишь меня.

Я тут же отпускаю его и отчаянно краснею, издав смущённый смешок.

— Прости, — я чувствую, как помимо воли мои щеки все больше рдеют.

Кажется, Стэна только забавляет мое смущение, потому как его улыбка становится шире.

— У тебя два часа. Если что, я прикрою. Я бы не против больше, но боюсь, твоя мама уже сама начнет что-то подозревать.

Я улыбаюсь и с готовностью киваю.

— Два часа в самый раз.

Так странно снова оказаться на этом крыльце. И так волнительно.

Я переступаю с ноги на ногу, всматриваясь в светящееся окно пустой прихожей и кусаю губы, предвкушая, принесёт ли удивление Кейну мой визит. Я специально ничего ему не сказала: желание сделать ему сюрприз приятно сдавливает грудную клетку, распространяясь по телу искрящимся теплом, никак не связанным с погодой.

С тех пор, как я была здесь в последний раз, ничего не успело измениться: череда однотипных одноэтажных таунхаусов из серого кирпича, молча глядящих на меня небольшими аккуратными окнами, выстроилась вдоль квартала, зеркально похожие друг на друга домики тянутся по всей длине тихой невзрачной улицы, создавая прямую линию. И все же, несмотря на однотипность, дом Кейна чем-то отличается. Он светлее и немного выше других, наверное, я бы даже с закрытыми глазами узнала, где он. Дом смотрит на меня недавно отремонтированным фасадом и крыльцом с чистыми ступенями и деревянной входной дверью, несколькими фонарями, один из которых разбит, с левой стороны дома стоит пустующий симпатичный собачий домик.