Книга Измена. (Не) твои дети, страница 16 – Мария Мендес

– Хорошо, бабуль, согласна. И к тому же я не могу отсиживаться у тебя вечно, – сказала поникшим голосом.

Время шло, а новостей от внука её подруги так и не было. Бабушка переживала, я тоже. К моим переживаниям добавлялись и воспоминания о Глебе ночами. Всё внутри ныло. Я ненавидела его, и в то же время меня тянуло назад. В моменты отчаяния даже задумывалась, что гори оно всё синим пламенем, вернусь и попрошу финансовую помощь, уговорю его как-то не трогать нас с детьми. Я даже верила в эту глупость, когда позволяла себе забыть о его предательстве. Но, вспомнив о беременности Яны, быстро приходила в себя.

Бабушка оттягивала приезд родителей, и это всё, что она могла в этой ситуации сделать. Я была ей благодарна всем сердцем, ведь для меня сейчас мой покой был превыше всего, поскольку от этого зависело ещё и благополучное развитие моих малышей.

– Катюш, картошечка молодая сварилась, пошли кушать, – улыбнувшись, тепло позвала бабуля, и я пошла вслед за ней. Мы вместе накрыли на стол и уже сидели с вилками в руках, когда в дверь громко стали стучать.

Мы испуганно переглянулись.

– Господи Боже мой, кого это на ночь глядя принесло?! – завозилась бабуля, вставая, а я продолжала сидеть, вся зажатая.

Слышала, как она подошла к двери и стала её открывать. В этот момент в голове столько мыслей и догадок пронеслось, что я даже не знала, за какую из них зацепиться, а потом услышала до боли знакомый голос. Это была Яна.

– Баб-б-буля, –  сестра заикалась, что-то пыталась рассказать, но кроме её воя и бубнежки себе под нос ничего не было слышно.

Я медленно встала и вышла в скромную гостиную дома бабули, где они стояли. Встала, скрестив руки на груди, и стала наблюдать, пока меня не увидели.

Яна, вся зарёванная, висела на бабушкеи обнимала так, словно её всем миром разом все обидели. Всхлипы и слезы перемежались словами:

– Бабуля, помоги. Я-я-я никому не нужна. Я больше никому не нужная. Меня выкинули, как использованный мусор. Мама с папой отвернулись, как только Глеб…

Она непрерывно тараторила, пока не увидела меня, а после резко остановилась. Сначала удивлённо замерла, а затем одарила ненавистным взглядом.

– Что она тут делает?! – прошипела Яна сквозь зубы.

– А ну цыц! Следи за языком и приведи себя в порядок! – бабуля строго её осадила и отправила умыться. А после повернулась ко мне с тревожным взглядом, и я всё поняла. Она не сможет её выгнать на улицу в такое время. Несмотря на подлость сестры, она так же оставалась внучкой бабуле, и я это увидела в её глазах.

– Кать… – бабушка смотрела на меня умоляюще.

– Ба, я тебя очень сильно люблю и благодарна за всё, правда. Но ты же и сама прекрасно понимаешь, что если она тут останется, то я буду вынуждена уйти, не останусь с ней под одной крышей. Слишком много зла она мне причинила, чтобы я хотя бы допустила мысль засунуть свою гордость и обиды куда подальше, даже ради тебя.

– Ох, девочки. Что же вы творите со мной. Как же так, – она, приложив руку к груди, начала ходить туда-сюда. И в это время Яна вернулась.

– Ах, Яна! Глупенькая ты моя! Что же ты наделала?! Сгубила сестру и себя, семью разделила на части. И чего ты всем этим добилась?! И где этот мерзавец, почему он не с тобой? Как отпустил тебя одну, когда ты в положении?!

Бабушка не знала, что с нами делать. На фоне переживаний она непрерывно начала ругать сестру и задавать вопросы один за другим, на что Яна почти не реагировала. Она лишь стояла и прожигала меня ненавидящим взглядом. Возникало ощущение, что она вообще не слышит бабулю.