Книга Лали. Его одержимость., страница 51 – Ира Далински

– Ты увидишь своих родителей. Сегодня.

Я слишком удивлена услышанным, чтобы как-то отреагировать. Прокрутила в голове его слова несколько раз. Отложила книгу в сторону, вскочила с подоконника и подошла к Райану.

Он стоит, не шевелясь. Сегодня я не могу ничего прочитать в его глазах. Я редко могу читать их. Он непредсказуем. Иногда сквозь темное нутро просачивается нежность, но скрывается сразу как будто темные щупальца тащат назад туда, где нет места любви и состраданию.

Продолжаю молча глазеть на мужчину. Боюсь, что мне послышалось, что это шутка, что я поверю, а он рассмеется мне в лицо.

Часть меня сгорает от нетерпения, но я держу себя в руках.

– Райан..., – сиплым голосом зову.

– Два дня, Лали, – чеканит он твердо. Голос непоколебимый, требовательный. – Я даю тебе два дня и ни больше. После ты вернешься ко мне.

Затем выходит из комнаты. Постояв еще несколько секунд, я в сумбуре начинаю одеваться. С собой ничего не возьму. Да и зачем? Вещи, которые находятся здесь не мои. Они принадлежат Лали, а я Лилиан.

Выбегаю на улицу, уже предвкушая этот сладкий запах свободы. Моему счастью нет придела, улыбка на лице сама обо всем говорит и я не в силах спрятать ее.

Для меня подготовили машину. Не заставляю себя долго ждать, сажусь внутрь и киваю охраннику, что мы можем ехать.

До того, как сесть в салон, я заметила Райана у входной двери особняка. А ведь я не поблагодарила его. Хотя за что его благодарить? Он похитил меня! А теперь будто делает одолжение. Однако я не в том положении, чтобы вести себя "неблагодарно", поэтому попросив подождать две минуты водителя,я как можно спокойнее подхожу к мужчине.

Он не сводит с меня глаз. Все смотрит и смотрит. Губы упрямо сжаты. Боже, какой же он красивый. Райан словно роза, прекрасная, но колючая.

Моя рука сама потянулась приласкать его. Дотрагиваюсь до колючей щеки. Черные глаза прикрываются в удовольствии, когда я вожу пальцами по его лицу. Затем он хватает меня за талию и наклонившись низко, почти в губы произносит:

– Это будут самые ужасные два дня в моей жизни.

Это будут самые прекрасные два дня в моей жизни.

Мне хотелось сказать это вслух, но дураку ясно, что нельзя. Сейчас для меня важнее притвориться, но выехать из дьявольского логова.

Махнув рукой напоследок, я спешу сесть в машину.

С каждой секундой особняк становится все меньше и меньше. На лице проскользнула счастливая улыбка. Я свободна. Наконец-то.

Всего лишь каких-нибудь тридцать минут и я уже вижу родной район, улицу, на которой играла, дом, с которым у меня связано столько воспоминаний. Сердце бешено бьется от предвкушения. До сих пор не могу поверить в то, что Райан отпустил меня, позволил увидеться с семьей. Такое чувство, что водитель развернется и все окажется злой шуткой, но вот я поднимаюсь по лестнице, стучусь в дверь. Недолгое ожидание и дверь открывается.

– Мама..., – в слезах шепчу я, когда вижу родное лицо.

– Лили? – она поражена моим приходом.

Бросаюсь к ней в объятия, громко рыдая. Так долго не видела ее. Так скучала! Вдыхаю материнский запах и не могу успокоиться. Сильнее захожусь в плаче.

– Дорогая, так кто стучался? – отец выходит из своего кабинета с книгой в руках, но видя меня роняет ее. – Доченька? Лилиан! – он присоединяется к нашим телячьим нежностям.