Книга Гипноз, страница 84 – Макс Ганин

– Есть там одна тропка… – подключился пожилой егерь. – Трубу там газовую в семидесятых годах проложили под землей, да не запитали. Вот она там и гниет с тех пор. Вот по ней-то он, скорее всего, и шел часть пути, думая, что это дорожка лесная. Это единственное разумное объяснение, как он там прошел и не сгинул.

– А вы смогли бы повторить этот маршрут вместе с нами? – спросил Пронякин.

– Нет, милок! Не смогу и вам не советую! То, что этот парень сделал, – это везение космического масштаба. Поверь мне, второй раз так точно не повезет! Никто такой ответственности брать на себя не станет, чтобы вас в эти болота вести. Сколько по времени ты шел, сынок? – обратился егерь к Грише.

– Я проснулся в лесу, когда только рассвет брезжил… – начал отвечать Григорий.

– Ага, четыре утра, значит! – подметил пожилой сотрудник охотхозяйства.

– А в шатурское отделение милиции я пришел в районе трех часов дня.

– Значит, вот оно как… – прикинул егерь, разглядывая внимательно карту района. – Вышел ты здесь, говоришь, из леса? – обратился он к Грише, тыча пальцем в обозначенную на карте грунтовку.

– Да! Точно здесь! – подтвердил Тополев.

– Отсюда тихим ходом до ментовки часа три ходу, не меньше, – задумчиво объяснял окружающим егерь. – Значит, ты часов семь – восемь по лесам и болотам шастал. Немало!

– Я останавливался несколько раз – отдыхал, землянику ел,  – добавил Гриша.

– Я так считаю, двигался он следующим образом…

Егерь взял красный карандаш и нарисовал на карте пунктирной линией предполагаемый маршрут движения Григория.

– Вот здесь он кругаля дал – по-другому пройти тут невозможно, здесь по просеке прошел до болот, а вот в этом месте,  – егерь ткнул карандашом в карту, – он как раз-таки вышел на подземный газопровод и по нему дошел до грунтовки. По времени сходится! – заключил опытный охотник и подмигнул Грише. – В рубашке ты родился, сынок, в рубашке!

– Наверное, преследователи сунулись за ним в лес, когда обнаружили, что он сбежал, но уткнулись в болота и подумали, что он утонул, поэтому и прекратили преследование, – задумчиво констатировал Чернышов.

На этом на сегодняшний день оперативно-следственные действия было решено прекратить. Информации оказалось, с одной стороны, очень много, и ее предстояло систематизировать, но с другой стороны, пока они ни на шаг не приблизились к похитителям и к их мотиву. Самым важным аспектом этого дня стало то, что Чернышов, до этого мало верящий в искренность Тополева и правдивость его показаний, убедился в том, что чудеса и крайне странные события в действительно в жизни происходят. Теперь он уже не сомневался в правдивости тополевского рассказа и окончательно решил не писать «отказное» по уголовному делу, которое ему стало представляться весьма перспективным, а в последствии, возможно, и резонансным. Такой расклад сулил ему не только внимание руководства, но и, возможно, повышение по службе, а также нехилую денежную благодарность от потерпевшей стороны.

Размечтавшись о грядущих перспективах сидя вечером дома перед телевизором, Чернышов не сразу услышал мелодию из своего мобильного телефона. Это был звонок его старого знакомого по работе, которого он давно не видел, но рад был слышать снова. Человек дослужился до полковничьих погон в прокуратуре Москвы и имел неплохие шансы стать генералом благодаря своим связям и крупным активам, «заработанным» на ниве прокурорских проверок и резонансных уголовных дел в финансовой сфере. Знакомый после недолгих расспросов о жизни и здоровье пригласил Чернышова в ресторан, пообещав сделать ему заманчивое предложение. На следующий день они уже сидели в отдельном кабинете одного из самых дорогих заведений столицы.