Книга Презумпция виновности. Часть 2. Свой среди чужих, чужой среди своих, страница 210 – Макс Ганин

— Нам ничего не носят, никаких сигарет! — повысил голос почти до крика Ильяс.

— Тогда могу предположить, что Давыдов готовится к побегу. А зачем ему еще почти сорок тысяч рублей в месяц? А это уже ваша головная боль!

— Все, Тополев, иди отсюда! Надо будет — еще вызову, — махнув рукой на Гришу, оборвал беседу Измайлов.

На обеде в столовой Григорий сообщил об этом разговоре мужикам с промки, и они предложили пойти в пятый отряд к смотрящим и сдать козла со всеми потрохами, но Гриша отказался.

В этот же вечер перед проверкой Тополева вызвал к себе начальник отряда и показал акт № 1493 от 6 апреля 2017 года от дежурного помощника начальника колонии Кравенца о нарушении передвижения групп осужденных по территории, а именно: Тополев Г. В. к 18:30 прибыл в столовую на ужин вне строя отряда, чем нарушил правила внутреннего распорядка.

Григорий объяснил, что этого не может быть: он работает заготовщиком и в это время накладывал кашу работающим в промышленной зоне соотрядникам, то есть никак не мог двигаться вне группы осужденных. Отрядник внимательно выслушал и пообещал выяснить все у Кравенца. На следующий день он развел руками и сказал, что ничего сделать не может: Григория запечатлела внешняя камера, а раз на нем не написано, что он заготовщик, да и вообще нет такой должности, то такое взыскание не отбить.

Тополев написал объяснительную, что не согласен с взысканием. Он с третьего апреля работает заготовщиком без оплаты труда. Объяснил, что входит в его обязанности, что он делал шестого апреля в 18:30 и почему никак не мог нарушить правила внутреннего распорядка. На акте начеркал, что с ним не согласен, и поставил свою подпись. На словах через начальника отряда Хазиева передал на вахту, что будет опротестовывать этот акт в прокуратуре и в суде, а в случае получения выговора объявит голодовку до тех пор, пока не будет проведено объективное и независимое расследование данного инцидента. Хазиев пообещал все передать и постарался успокоить Гришу: мол, данный рапорт еще не подписан Пузиным и Болтневым, а значит, выговора как такового еще нет; но, если они подпишут, он обязательно уведомит; а если начальник захочет вызвать Григория по этому поводу, он тоже сообщит.

После ужина Давыдов сообщил Грише, что замначальника колонии по воспитательной работе Пузин уволил его с должности заготовщика. До этого, перед вечерней проверкой, на глазах отрядника он попытался спровоцировать Тополева на драку. Устроив громкий скандал, завхоз утверждал, что Гриша ходит по всему лагерю и клевещет на него, обвиняя в стукачестве, а он оперативникам Тополева не сдавал и вообще не такой, каким его многие считают. Затем в порыве гнева неожиданно схватил Тополева за отвороты куртки и пытался вывести из себя. Григорий демонстративно положил руки в карманы брюк и спокойно ответил, что ему на Давыдова наплевать и во вранье он никогда замечен не был, в отличие от некоторых. В результате конфликт был исчерпан, завхоз и начальник отряда не получили желаемой для них драки, а Гриша — ШИЗО или еще чего похуже.

Двенадцатого апреля в колонию приехала общественная наблюдательная комиссия из Тамбова, поэтому восьмой барак начали вылизывать с раннего утра. Всех работяг выгнали на промку, а остальных — на улицу. В очередной раз выдали новые чистые простыни и наволочки для показухи, потом, после их отъезда, все забрали.