Книга Крест княгини Тенишевой, страница 65 – Людмила Горелик

Вот у этой Шуры Елена Семеновна и попросила икону — на неделю не больше. Выбор был беспроигрышный: Шура хорошо помнила ее заступничество, с этой же иконой связанное, и отказать никак не могла. Шварц пришла к ней с небольшой дорожной сумкой и пустым портфелем «дипломат», призналась, что отправляется сейчас на пару дней к подруге в сельскую местность, недалеко, а икона необходима для хорошего, богоугодного дела, возможно, для спасения человека, — «потом расскажу». При этом скорое возвращение вещи в целости и сохранности Шварц, конечно, гарантировала — «ведь ты знаешь мою ответственность». Шура бережно упаковала икону в вощеную бумагу, потом сверху в жесткий полиэтилен. И Леля, тоже аккуратно и осторожно, уложила плотный пакет в немодный, но очень удобный для столь ценной вещи «дипломат». С ним и поехала в Вонлярово — на такси: решили, что Потапов со своей ладой не должен светиться.

Дом в Вонлярово Елене Семеновне понравился: то, что нужно — двухэтажный, далеко не новый, еще советских времен, однако прочный и производящий впечатление умеренного (и отчасти уже поистраченного) бывшего богатства. Дом соответствовал сложившейся в голове Шварц легенде: ее отец был советским чиновником областного масштаба, от него она получила этот дом и еще кое-что, но сама зарабатывала не много. Выйдя на пенсию, живет постепенной распродажей родительского наследства. Именно так она будет рассказывать «покупателю» Кружкову и его служащим при передаче иконы.

Договориться с временной домоправительницей, как Леля и ожидала, получилось не сразу — по некоторым пунктам возникали затруднения. Но Шварц не была бы Шварц, если бы не умела выходить из затруднительных ситуаций. Беседу вели неспешную. Леля для знакомства достала из рюкзачка предусмотрительно купленные в кондитерской на улице Ленина пирожные, Зоя приготовила чай. Разговаривали за накрытым столом.

Женщины принадлежали к одному поколению. О себе Зоя Павловна рассказала то, что Леля уже отчасти слышала от Гали: она бывшая учительница, жили с мужем под Рудней, не так давно перебрались в Смоленск: муж серьезно заболел, а в областном центре врачи лучше. Однако смоленские врачи тоже не помогли, муж год назад умер. Присматривать за этим домом предложили знакомые — они отправились на год за границу; хозяин служит в совместной фирме. А Зое после смерти мужа дома тоскливо: здесь, на природе, можно развеяться. Да и материально выгодно — хозяева ей не платят, но свою квартиру сдала на год.

В целом женщина показалась сдержанной и себе на уме — но какая Леле разница? Насчет цены договорились быстро: Леля не слишком торговалась, ведь заплатить за съем жилья обещал олигарх, для него это сущие копейки (во всяком случае, Шварц так думала). Сложности возникли в связи с тем, что Леля выразила желание пожить недельку в доме одна — мол, пусть Зоя пока отдохнет в Смоленске.

Зоя, однако, уезжать не хотела. И не потому, что не доверяла квартирантке. Прежде всего, ее смоленская квартира не свободна, там квартиранты. Леля задумалась, но не надолго. Принять Кружкова и его спутников при Зое? Тогда придется посвятить ее в аферу хотя бы частично. Или придумать что-то. Леля, конечно, мгновенно придумала, и ее версия предполагала отсутствие посторонних лиц — временной хозяйке следовало на неделю уехать.