Книга Крест княгини Тенишевой, страница 30 – Людмила Горелик

— В музейном деле необходима самоотверженность, — согласилась Ольга.

Четвертинская усмехнулась.

— Пока что ее проявляет только Мария Клавдиевна.

Базанкур была искренне увлечена разговором. За две недели в Талашкине она тоже прониклась идеей меценатства и поражалась, сколько сил вкладывает Тенишева в создание музея Русской старины. И это даже не говоря о деньгах!

— А ведь княгиня большие средства вложила в свою Скрыню. И могла бы при желании получить громадную денежную выгоду, — сказала она вслух. — Вот лучший ответ Жиркевичу: княгиня не преследует целей обогащения, она не продает, а дарит. Богатых людей достаточно, однако мало кто из них на такое способен.

— О, эти богатые люди! — воскликнула Екатерина Константиновна с горечью — Я повидала много богатых людей и могу сказать, что тратят они свои средства совершенно бездарно: развлечения, кутежи, одежда, украшения… Никаких благородных целей у этих людей нет, счастья от богатства они не получают. Самое ужасное, что огромные состояния проигрываются в карты. Видели бы вы мою матушку в лучшие ее годы! Как резво она промотала три громаднейших наследства! К сожалению, деньги даются в руки не тем, кто умеет с ними обращаться. А ведь богатство — это ответственность. Почему люди этого не понимают? Почти никто не понимает… Из моих знакомых только Мария Клавдиевна нашла своему богатству достойное применение. Распорядиться им лучше, чем распорядилась она, просто нельзя. Вот и Василий Александрович со мной согласится!

Ольга Георгиевна повернула голову и увидела стоящего на дорожке в раздумье Лидина. Он направлялся от парка к Идолу, но, заметив беседующих на скамейке дам, остановился.

— Вы тоже решили навестить Идола Василий Александрович? — обратилась к нему Четвертинская.

— Совершенно верно, — Лидин подошел к скамейке. — Здесь чудесные виды открываются! А в чем я должен согласиться с вами, Екатерина Константиновна? Я готов!

Опередив Четвертинскую, ответила ему Базанкур.

— Мы рассуждали о том, как бездарно тратят богатые люди свои средства. И как выделяется на этом фоне Мария Клавдиевна.

— Соглашаюсь с радостью! — улыбнулся Лидин. — Приехав в Талашкино, я был поражен именно незаурядностью ее начинаний. Мой опыт показывал, что те, у кого есть большие деньги, или тупо наращивают капитал дальше, или эгоистично транжирят на бессмысленные удовольствия. Люди редко бывают самоотверженны, а ведь просветительство — это не только деньги, но и силы, здоровье отдавать. Со временем я понял, как неблагодарен этот путь и восхитился княгиней еще более. Кстати, знаете ли вы, что Жиркевич вновь подал заявление в суд, и речь уже не об артефактах. Теперь он обвиняет Марию Клавдиевну в клевете!

Они начали обсуждать подробности судебной тяжбы, И Четвертинская, и Лидин при этом очень волновались.

Василий Александрович Лидин по образованию был музыкант. Когда-то он играл в Петербургском балалаечном оркестре, был там весьма успешен и много обещал в качестве солиста. Женился на известной оперной певице; правда, отношения не сложились, жил один. Почти десять лет назад Тенишева искала учителя игры на балалайке в Талашкинской школе для крестьянских детей, и ей посоветовали Лидина. Не сразу княгине удалось уговорить молодого человека оставить музыкальную карьеру ради создания сельского детского оркестра, она даже пообещала ему выкопать пруд и запустить туда рыбу — когда выяснилось, что Лидин заядлый рыболов. И хотя разговор о пруде с рыбой велся как бы в шутку, княгиня обещание выполнила. Однако у переселившегося в Талашкино учителя-балалаечника оставалось мало времени для рыболовства. Очень скоро его обязанности вышли далеко за рамки учительских, и это было его собственной инициативой. Он стал одним из организаторов жизни имения.