Онлайн книга «Искатель, 2006 № 12»
|
Мила дежурила, когда в отделение привезли Сергея Александровича Есина, так значилось в карточке. Его положили в палату реанимации, закрепив возле ключицы иглу, подсоединили систему; по тонкому шлангу через нос поступал кислород. В обязанности Милы входило следить за больным и за обеими системами. При необходимости вызвать врача-реаниматора. Она была добросовестной медсестрой, и в ее дежурства никогда не происходило ЧП. С другими случалось, но не с ней. Мила слишком серьезно и ответственно относилась к своим обязанностям, и больные платили ей благодарностью. Присев на табурет возле изголовья, Мила принялась пристально изучать неподвижное лицо юноши, освещенное ночником. Оно было бы красивым, если бы не разлитая бледность с голубоватым оттенком и желтизна под опущенными веками, уголки бесцветных губ тоже скорбно опущены, на лбу — слипшиеся от пота темные пряди волос. Мила поднялась, смочила кусок марли и осторожно, бережно провела по лбу, подбирая волосы кверху. Проступили темные стрелки бровей, как проталины на снежном поле. Прошла ночь, и к утру Мила неясно ощутила, будто незримые нити связали ее с бесчувственным незнакомым человеком. Прощаясь, она робко, одним пальцем коснулась его руки с длинными тонкими пальцами, лежащей поверх простыни. И ушла. Двое суток пролетели как один миг, и Мила понеслась на всех парусах в клинику, к темноволосому юноше под капельницей. Он дышал уже самостоятельно, но лечащий врач счел необходимым еще сутки подержать его в реанимационной палате. Получив инструкции в отношении больного, Мила приступила к дежурству. Прежде всего она заглянула в холодильник, чтобы убедиться в наличии ужина для больного. Все было на месте: бульон, кефир и сок. Несколько дней ему полагалась лишь жидкая пища — из-за травмы горла. Прокипятила шприц с иглами тут же, на электроплитке, чтобы на ночь сделать больному укол из смеси сердечного лекарства со снотворным. Она ощущала его взгляд на себе, и движения от этого были скованными и неловкими. Наконец она села и с робостью посмотрела на юношу. У него оказались темно-серые глаза — маленькие озерца в темных камышах ресниц. — Ты такая милая… — тихо молвил он. — Как тебя зовут? Она мгновенно вспыхнула от смущения и опустила глаза. — Людмила… — Мила, — как эхо, продолжил он. — И правда милая… Может, я в раю и ты ангел? — Вы в больнице, и я медсестра, — сказала Мила и подумала: «Зачем я так?» — Как удачно я выбрал больницу, — он улыбнулся. — А что со мной? Почему-то сильно болит горло… Если человек не помнил, что он пытался покончить с собой, ему ни в коем случае нельзя было открывать правду. Согласно инструкции Мила ответила: — У вас вирусная ангина, вы чудом не умерли, гланды почти полностью сомкнулись, и вы могли задохнуться. Врачи спасли вас… — Но я живу один! Кто их вызвал? Я ничего не помню, — он заволновался. Мила вскочила на ноги, умоляюще посмотрела на него. — Пожалуйста, прошу вас, не надо волноваться, вам нельзя. Я сейчас объясню вам… — она едва не плакала. — Дай мне твою руку, и я не буду волноваться. Она села, и он взял ее за руку сухими горячими пальцами. «У него температура, нужен врач», — подумала Мила, но продолжала сидеть, чувствуя, как учащенно бьется сердце, и лицо пылает — будто не за руку держал юноша, а обнимал нежно, обволакивал своим теплом, и она таяла в его объятиях… |