Книга Рассказы 42. Цвета невидимки, страница 45 – Александра Разживина, Даниил Коряк, Дарья Жук, и др.

– Дай мне уйти, и сегодня здесь все останутся живы, – обычным женским голосом сказала стоящая в дверях постройки высокая темноволосая девушка.

– Мы же знакомы, да? – спросил я, ненавязчиво сокращая расстояние. Если подобраться достаточно близко, то можно сразу сделать захват. – Я тебя как будто припоминаю.

– Я и не врала, когда сказала, что мы с тобой в одной деревне жили. – Ведьма точно сразу поняла мои намерения и начала отступать в сторону, обходя чан по кругу. – Только подвей, которого ты словил, не был для меня злыднем. Он женихом моим был.

– Сочувствую. Могу помочь тебе наконец снова быть вместе с ним.

Девушка хмыкнула.

– Я не хотела сражаться с тобой тогда. И сейчас не хочу. – Она продолжила пятиться. – Я знаю, что ты очень сильный, хоть уже и старый. Я помоложе буду. Но если дойдет до битвы, то мы хорошенько друг друга вымотаем, пока один из нас не погибнет. Разве тебе это надо? Лови своих болотников в трясине и будь героем. Закрой глаза на пять минут, и я исчезну, как виденье.

– Не могу. – Я дернул головой. – Скажи лучше сразу, что за зелье в котле, прежде чем я сниму тебе голову с плеч.

– Зелье? – переспросила девушка, почти натурально удивившись, а потом громко расхохоталась.

В следующую секунду за спиной ведьмы вспыхнуло пламя, в одно мгновение поглотив всю ее фигуру. Огонь стремительно двигался в мою сторону, пожирая все на своем пути. Под треск горящего дерева я развернулся и побежал к выходу. Не рассчитав силу, я слишком сильно дернул на себя дверь и, сорвав ее с петель, отбросил в сторону. Выскочив из постройки, я ринулся к винтовой лестнице, но, оступившись, кубарем покатился вниз. Ступени жалобно загудели под моим весом. Врезаясь на ходу в каждую из них, я безуспешно пытался уцепиться за мелькавшие перед глазами металлические перила.

В очередной раз стукнувшись головой, я вдруг понял, что лестница подо мной больше не крутится. Я облегченно выдохнул, но вдруг заснеженная земля под ногами резко начала сдвигаться в сторонузабора, словно из-за снега я не заметил, что прилег на ленту для багажа. Меня несло к ограждению двора, как будто внутренняя территория башни хотела побыстрее избавиться от меня, вытолкнув за границу забора. Я встал на колени, а затем, шатаясь, поднялся на ноги. После кувырков на лестнице все тело болело. Я словно по ускоряющейся беговой дорожке несся к оставшейся неподвижной башне. Постройка наверху продолжала гореть, но пожар можно было переждать и на ступенях.

Чем ближе я подбирался к башне, тем быстрее скользила в противоположную сторону земля. Я стиснул зубы и, поднажав, оказался почти у основания. Не обязательно же добираться до лестницы. Сделав рывок, я прыгнул и, ударившись руками, схватился за поперечное металлическое кольцо, обхватывающее скрещенные балки. Ноги почувствовали опору, и я, закрыв глаза, прислонился лбом к приятно холодному металлу. Сердце оглушающе стучало в груди.

Внезапно снег внизу захрустел. Я открыл глаза на звук и увидел тонкие светло-зеленые молодые побеги травы, пробивающие мерзлую землю вокруг башни. За следующие пару секунд побеги доросли до подошв моих ботинок и, словно щупальца пробудившегося подземного осьминога, начали обвивать мои ступни, стягивая вниз.

Я оттолкнулся ногами и, подтянувшись, залез на следующий поперечный уровень башни. А потом еще на одни. Щупальца упорно росли снизу, настойчиво пытаясь схватить меня. Подгоняемый ими, я в очередной раз потянулся к широкой перекладине, расположенной выше, но она сжалась под давлением моих пальцев, превратившись в гибкую тонкую проволоку. Неожиданно вся башня потеряла устойчивость и закачалась из стороны в сторону, как будто оказавшись на быстро меняющем направление шквальном ветру. Стальное основание башни непрестанно клонилось к земле, словно под тяжестью объятой пламенем постройки наверху и грозилось в любой момент сложиться пополам, как детская пружинка-радуга. Я вцепился в упрямо стремящуюся сбросить меня башню, чувствуя, как проволока глубоко врезается в ладони.