Книга Рассказы 40. Край забытых дорог, страница 21 – Андрей Дёмин, Мария Хакль, Ирина Невская, и др.

Грудь, горло и живот резала боль, воздуха не хватало, вокруг все мельтешило, топало и сипело. Давайте же, родненькие, теперь обратно нельзя.

Они взлетели на гору одновременно всей толпой, Джагга почти выронил жоули, вытащил из кармана тонкий свиток, развернул и выкрикнул три длинных непонятных слова. Все замерли. Ничего не происходило. Джагга выкрикнул слова еще раз и еще. Инья заплакала. Тихо завыли гуи.

И в этот миг воздух в центре поляны зарябил. Раздался хлопок, словно невидимый кулак выбил кусок воздуха, и в образовавшуюся брешь ворвалось далекое солнце. Сквозь колышущийся разрыв в реальностях виднелся лес такой яркой зелени, что хотелось сорвать лист и положить его себе на язык. Шумели прозрачные воды реки, бились о покатые камни и серебрились водопадами над запрудами. Все пестрело, жило и дышало свежестью. Над холмом пронесся трепетный вздох, и отвергнутые, не нужные никому существа шагнули к двери, которая вела в мир, созданный для них древней магией. И в этот миг воздух над порталом вспыхнул, и загорелась огненная руна.

Энни, как и остальные, не понимала ее значения, но Джагга застонал и отчаянно обернулся, отыскав глазами Натана. Тот стоял бледный и беззвучно шевелил губами. И посреди недоуменной тишины грустно засмеялась Милка:

– Какие же вы неудачники! Это людской портал, только для людей! Какие же вы…

Издалека донеслись крики черняков. Сейчас все закончится – так нелепо.

Джагга потрясенно смотрел на свои руки.

– Старьевщик обманул… Все зря. Простите, простите… Аллиана… Энни… – Он посмотрел на нюйву. – Энни, я так хотел лучшей жизни для тебя.

И тут страшно закричал мальчик-дерево:

– Не-е-ет! Я не хочу здесь! Пустите!

Он сорвался с места и нырнул в портал. Его разорвало в мелкую кровавую труху, и все с криком отступили назад. В центре образовавшегося круга остались люди и Джагга.

Милка смотрела огромными испуганными глазами и тянула Натана за рукав:

– Ну же, ну же, пойдем, простите нас, мне так жаль.

– Подожди, – сказал Натан и отыскал взглядом Энни. – Чего встала? Пора уходить.

Она растерянно замотала головой, и он, оттолкнув Милку, подошел, схватил Энни за плечи и затряс:

– Хватит, хватит притворяться. Я давно знаю, что ты человечка-альбиноска. Нюйвы выглядят по-другому.

Он достал из кармана лист и швырнул его на землю. Тот самый рисунок, который показывал ей в клетке. Энни сжалась и испуганно обвела взглядом тех, кого считала своей семьей. Они смотрели внимательно и тихо.

– Спасайся, – прошептал мальчик с дырой, и остальные согласно загудели.

Энни заплакала. Натан тянул ее за руку, а она сопротивлялась. Подбежала Милка.

– Она не может быть нашей, она урод, оставь ее, пойдем!

И тут к ним шагнул Джагга. Взгляд его был темен.

– Энни, это правда?

– Да.

Он кивнул.

– Хорошо.

И достал нож.

– Нет! – крикнула Энни и дернула к себе Натана, защищая от лезвия.

Но лезвие прошло мимо. Милка посмотрела удивленно на кровавое пятно в груди, охнула и повалилась на землю, но в последний момент Натан ее поймал. В темноте закричали, Энни закрыла рот руками. Милка была мертва.

– Теперь тебе не придется выбирать. Защити Энни, – сказал Джагга потрясенному Натану. Потом повернулся к Энни и протянул маленький сверток: – Возьми, это поможет в первое время. Будь счастлива.

Крики сельчан приближались. Всполохи факелов текли зловещим потоком.