Книга Рассказы 32. Ложный след, страница 47 – Анна Шикова, Артем Эмануэль, Юлия Асланова, и др.

Позвоночник сломан на уровне 5–6 позвонков, разорван спинной мозг, смерть мгновенная. Последующая рана на задней поверхности шеи нанесена острым предметом, на глубину 2 сантиметра. Вырезан кусок плоти в форме шара».

– А почему рана такая странная? ― услышал Нил голос Дипа. Тот нависал надо столом, чуть ли не носом уткнувшись в шею мертвецу. ― Как будто там что-то внутри было? Может, наркотики или антигравитат на продажу?

Нил одобрительно кивнул. Многие беженцы и правда чего только не перевозили под кожей: запрещенные вещества, лекарства, дорогие устройства, помогающие адаптироваться на планетах с высокой гравитацией. Хотя в данном случае…

– Слишком глубоко для перевозки, обычно ограничиваются подкожным пакетом. К тому же у землян эта зона вообще не приспособлена для внедрения чего-либо. Здесь слишком много нервных окончаний, все близко, есть опасность остаться обездвиженным калекой, ― объяснил за Нила Окс. ― Возможно, взяли ткани для исследований или капнули новый реагент и поэтому убрали полностью кусок, чтобы не светить. Я еще проверю на химический состав и сообщу.

Окс улыбнулся, обнажив ровные белые зубы. Про это Нил тоже читал ― у мальчика из Западного сектора не было ни зубов, ни волос, а один глаз затянуло бельмо. Но когда Окс вернулся в морг, зубы и густая шевелюра были на своих местах. А также два черных проницательных глаза.

«Может, мне тоже, потратить сбережения и сделать себе суперзубы, ― вяло подумал Нил и нащупал языком дырку на том месте, где должен быть клык. ― Хотя чего мне этими зубами грызть ― непонятно. И кому улыбаться ― тоже. Месяц до пенсии, а потом… улечу».

Он дочитал отчет, кивнул Оксу. Пока никаких предположений не было, так что придется действовать по протоколу: опросить родственников, выяснить все про убитого, поискать свидетелей. Жаль, времени мало. Последний Закон о расследовании преступлений гласил: «На проверку данных и разработку версии дается семь дней. Если за это время преступник не найден, а объяснение не предоставлено, следователь получает минус-баллы, а тело жертвы отправляется на переработку».

Накопление минус-баллов вело к увольнению или снижению статуса. Поэтому в Западном и Восточном секторах царил беспредел ― следователи искали любых виноватых, лишь бы успеть. И именно поэтому Нил уже пять лет ждал пенсии ― его баллы то снижались, то снова повышались, не давая дойти до необходимого пенсионного звания. Мешало, конечно, то, что Нил расследовал каждое дело тщательно и дотошно. И почти всегда находил преступника ― правда, обычно, на месяц позже срока.

– Такая работа, ― обычно говорил он, обнуляя минус-баллы и снова выходя на финишную пенсионную прямую.

– Мы раскрываем преступления, а не выполняем план, ― учил он своих младших сотрудников, которые, правда, не слушали и покидали его слишком быстро. Один Дип торчал уже несколько месяцев. Может, выйдет толк.

Нил покосился на младшего сотрудника, теперь уже зарисовывающего рану в блокнот планшета.

– Деятельный! ― одобрительно заметил Окс. ― Ищу себе помощника, да все не то. Пару месяцев ― и отбывают за планетарную зону. У вас, Нил, я заметил, тоже сотрудники не задерживаются.

– Закон подводит, ― мрачно согласился Нил. ― Гонка за преступниками переросла в гонку за баллами. Все никак не привыкну.