Онлайн книга «Рассказы 12. Разлетаясь в пыль»
|
Коктейли в «Пуле» назывались женскими именами: Саманта, Елена, Клэр, Валетина, Джулия, Фиона… Джулия! Костан поперхнулся дымом и расплескал остатки бренди. Все закачалось перед глазами. Жестом он подозвал бармена. – Смешайте мне… Саманту, – попросил он. Хотелось избежать пошлости. Насколько вообще можно было ее избежать в этом глупом баре. Он раздавил окурок в пепельнице. Джулия. Ее звали Джулия. Это она… Она училась на врача, из-за нее он завязал с табаком и травкой. Вместе с воспоминаниями возвращалась и боль: хрупкая фигурка в чужих руках, испуганный и раздосадованный взгляд, длинные, бесконечно длинные гудки… После которых он решил все забыть. Одним махом он допил «Саманту» и попросил повторить. Когда-то алкоголь пили, чтобы забыться, заполнить пустоты – ему же нужно было вспомнить, растормозить обленившийся за годы жизни с «Эйч-Си» мозг и не рехнуться. «Джулия… – Костан раскурил третью сигарету, не замечая, что вторая еще дымится на краю пепельницы. – Как ты могла? Как я мог? Безумный, бесчестный мир…» Он пил. Слушал блюз, не глядя больше на часы, и снова пил. А когда вспомнил все до последней цифры – взял комм и набрал непослушными пальцами номер. – Костан? Ты? – спросил растерянный голос с той стороны, одновременно такой родной и такой далекий. – Это я… Привет. Как дела? Он не ожидал, что Джулия возьмет трубку, и понял, что не знает, о чем говорить. Джулия молчала. – Учишься, работаешь? – спросил он. – В городе или уехала? – Год назад закончила интернатуру, оперирую в больнице Святого Петра… Хорошо, что сегодня не моя смена. – Голос Джулии стал тверже. – Костан. Если ты вспомнил меня, значит, твой «Эйч-Си»… – Изъят, – сказал он. – Вирус Миловича-Дакса. Завтра у меня эвтаназия, и я безобразно пьян, прости. Мы можем увидеться? – Где ты? Я сейчас приеду. Только не уходи никуда… Костан протянул комм бармену, чтобы тот назвал адрес, и уронил голову на стойку. «Джулия…» – незатушенная сигарета на борту пепельницы дымила ему в лицо, но он не находил в себе сил пошевелиться. ⁂ Должно быть, он отключился на время, потому что в следующую минуту Джулия уже сидела на высоком табурете рядом, смотрела мимо него на нетронутый бокал «Саманты» и говорила страшной, горькой скороговоркой: – Это ведь была ошибка, Костан… С тем парнем мы когда-то мутили, на первом курсе. А тогда встретились случайно, и в голову ударило… Но ничего не было, ничего серьезного! Я просто не знала, как объяснить… А потом ты… Ты не дал мне и шанса оправдаться! И все рухнуло. Я пыталась, но ты меня не узнавал, и я сама забывала, зачем пришла… – Я помню… теперь помню, – сказал он. Джулия действительно пыталась связаться с ним, приходила к его подъезду, но «Эйч-Си» делал эти визиты бесполезными. – Это все проклятый модуль! – она яростно ударила кулаком по стойке. – Он не дал мне объясниться, забрал время, которого больше нет… – Это все я, – мягко поправил ее Костан. – У тебя тоже был выбор, но ты не забыла меня. – Люди в прошлом веке были мудрее нас, – сказала Джулия. – Они понимали, что вводить в искушение – дело дьявола, но грех больший, нежели грех человеческий – искушению поддаться… Мы с тобой виноваты оба. Но настоящий преступник, – она коснулась пластины под волосами, за которой скрывался «Эйч-Си», – здесь. |