Онлайн книга «Рассказы 11. Изнанка сущего»
|
Дай этим кошелкам волю, и они облепят его со Светкой подобно зомби, схватят за шкирку, посадят на скамейку и будут спрашивать, выпытывать смачные подробности, чтобы потом делиться со своими товарками. – А Томка-то с нашего дома, ну, алкоголичка которая, сожителя своего порешила. Всего ножом истыкала, не довезли! – Да ты што! – А сынок ейный сбрендил, чуть с кулаками на нас с Петровной не кинулся. – Это все тырнэты ихние, я всегда знала, што так выйдет! Витька обернулся, но сестра увлекла его за собой. Почему он сам не зарезал отчима? ⁂ – Теть Таня прилетит завтра, через Москву. – Светка положила сотовый в карман. Витька сосредоточенно наблюдал за чаинками на дне чашки. Около раковины красовалась перемытая посуда: они закончили уборку. Работа отвлекала от ненастных мыслей, но сейчас, когда квартира пахла чистотой, безысходность вернулась. – Через год мне стукнет восемнадцать, я доучусь, и мы уедем. Витька подул и помешал напиток ложечкой. – Вить… – Правда? Сестра села рядом и обняла его. Витька окунулся в запах чистых волос и заплакал, искренне, как в детстве, когда огорчался или боялся чего-то. Светка гладила брата по голове. – Мне вчера папа снился. И ты, и мама… Витька молчал, уткнувшись носом в ее плечо. – Мы на колесе обозрения катались, помнишь? Витька шмыгнул носом. – Родители были такие счастливые… Помнишь, как ты не хотел брать с собой свитер, а потом даже в нем мерз? Витькина спина мелко подрагивала, он отстранился, глотнул чаю, подошел к раковине и плеснул в лицо водой. – Ты не бросишь меня, Свет? – Не брошу… – Останься! – В кафе свадьба сегодня, я и так опоздала, нам деньги нужны на адвоката и… Витька кивнул, понял мол, не дурак. И на похороны. У отчима-детдомовца за родню местная алкашня, которую Светка шуганула уже с утра. Прознав о случившемся, бичи ретировались. С папиной родней на Украине связь давно потерялась, а теть Таня живет в далеком Норильске. Все хлопоты на нем и сестре. – Я приеду сразу, как освобожусь, Вить. – Хорошо. ⁂ …Кроме стола в подвале мебели нет. Фонарь «Летучая мышь» бросает тени на низкий сводчатый потолок, застит каменную кладку стен. Два послушника застыли рядом со священником, как два ворона, на столе – Евангелие в кожаном переплете. Перед слугами Бога – молодой человек в сюртуке. Ему связали кисти хитрым узлом, зафиксировав мизинцы и указательные пальцы так, чтобы он не сумел сжать кулаки. Священник поднял распятие: – Покайся, Николка! Одержимый хрипло заговорил на непонятном языке. Священник срывающимся голосом начал отчитку. Николка плевался богохульствами. Фонарь на столе лопнул, Библия вспыхнула, вырвав из непроглядной чернильной густоты звероподобный лик. Осколок стекла рассек скулу одному из послушников, другой вонзился в шею священнику, он рухнул рядом с бесноватым, захлебываясь кровью. Узлы, спеленавшие персты одержимого, лопнули, он выставил перед собой ладони, словно хвастаясь. И было чем. Пальцы извивались дождевыми червями, ногти раскрылись хищно, бесноватый задрал голову, выкрикнул что-то, и потолок обрушился снегом… Мокро. Мокро и холодно. Витька перевернулся на другой бок, отдернул ногу и окончательно пробудился. Простыни, пропитанные ледяной влагой, противно липли к озябшему телу. Витька сел и не поверил глазам: на постели таял снег. |