Книга Рассказы 9. Аромат птомаинов, страница 29 – Дмитрий Николов, Игорь Кременцов, Владимир Новиков, и др.

– Я отзову! Все отзову! Пожалуйста, не надо! Мне ваш шельф вообще не уперся, забирайте… – хотел было закричать Борис, но вместо этого совершенно спокойно ответил: – Боюсь, так нашу проблему не разрешить.

Профи словно ждал этих слов – пасть кусачек сомкнулась на указательном пальце, оттопыренном охранником, брызнула кровь, отразился где-то в затылке хруст поддающейся металлу кости. Борис понял, что не чувствует, а слышит и видит происходящее. Приглушенная боль, не сильнее, чем ожог о закипающий чайник, и ничего. Ни потери сознания, ни прокушенных в беспамятстве губ. Он тяжело вздохнул, глядя, как охранник прижигает рану и колет в обрубок пальца какое-то лекарство. Профи изменился в лице. С него слетела бравада и шутливость. Он, как и полагается профессионалу, понял, что перед ним стоит незаурядная задачка.

– Может, клиент обсаженный? – бросил Профи через плечо.

– Я следила, – отозвалась официантка, – он отказался. Да и реакции были абсолютно в норме. Все.

– Борь, дорогой, – Профи склонился к побледневшему, но бесстрастному лицу, – может, у тебя есть от нас секретики? Колись. Я всяких клиентов повидал, ни один наемник так боль не стерпит.

– Я сейчас на работе, – без тени иронии отозвался Борис. – С радостью бы помог вам, но никак не могу.

Профи хмыкнул, кивнул и повернулся к официантке.

– У садовника все готово?

– Че-е-ерт. Надеялась, до этого не дойдет. Да, готово. Врубать?

Получив благословляющий кивок, она достала мультифон и сделала вызов по видеосвязи. Профи выхватил телефон и направил проекционный объектив в центр комнаты; в воздухе задрожали разворачивающиеся окна, вскоре картинка стала четкой.

И тогда Борис сорвался на крик, который никто не услышал.

⁂

Посреди их гостиной сидела с заклеенным ртом, прикованная почти так же, как сам Борис, Марго. По левую руку от нее замерла отключенная умная коляска, по правую сидела, свесив ноги с высокого барного стула, Алиса. А над ними возвышался Руслан.

Поверх крика легла лаконичная, почти чужая мысль: «Так вот почему он так плохо стрижет кусты». Профи опять присел на краешек столешницы.

– Ну что теперь скажешь, Борь? Мы умеем убеждать. Если ты не боишься боли, это не значит, что ее не боятся твои жена и дети…

– Ты обещал, что детей не тронут, – официантка опять вскочила со своего кресла. Борис понял, что никогда не видел ее такой взволнованной.

– Не тронут, если все пойдет по плану. Борь, мы не меньше тебя хотим, чтобы все пошло по плану.

– Верю. Я обещаю завтра же с утра поговорить с Верховным о вашей проблеме и сделать все возможное, чтобы его убедить.

– Нет! – Профи вспыхнул. – До полуночи у заказчика должно быть подтверждение со всеми гарантиями. Никаких торгов больше не будет. Любишь свою семью? Что, если для начала мы покажем им фильм с участием папочки?

Борис пожал плечами. Профи хмыкнул, кивнул официантке, и та стала перебирать пальцами, отправляя в чат одно видео за другим. Вот они в туалете ресторана – отражаются в зеркалах, парят над прозрачным полом. Вот они в супружеской спальне – Маргарита с детьми тогда была в отпуске. Вот они в машине, в лифте, наконец в кабинете. Здесь, на столе, сегодня. Хорошая съемка, почти профессиональная.

Борис поднял глаза на Марго, но та смотрела куда-то в сторону. Зато дети отлично все видели: Алиса переводила глаза с картинки на картинку, потом посмотрела на мать и неуверенно заплакала. Жорик сосал соску часто-часто и взгляда даже на плач сестры не отвел.