Онлайн книга «Рассказы 9. Аромат птомаинов»
|
Каттер только посмеивался. Молодец, девочка! Лихо обводит солдатню вокруг пальчика. Боевые ей можно будет не выдавать. Пустить на шоколад и табак. Какой прок от денег на горящем и жрущем людей поле? Рядом громко посапывал Рич. Хоть и здоровяк, но пьет, как зеленый пацан. Заливает в себя все подряд, пока не свалится замертво. Подошел и плюхнулся на стул Раско. От него разило потом и недорогими духами. Должно быть, снова обхаживал одну из местных дамочек. И что они в нем находят? Среднего роста, сутулый, вечно небритый. Говорят, рожа как у артиста… «Артист» расстегнул китель почти до живота и спросил: – Хобот опять вдрызг? Каттер пожал плечами, мол, сам же видишь. – Командир, давай его здесь оставим, – предложил Раско. – Очухается – в располагу сам приползет. – Я, ты, Мак… Вон еще Мизери. Ниче, пупки не развяжутся. Ведь ты кто такой есть? – Ну-у-у, – протянул Рич, – наверное, человек? – Штурм-пику в клоаку! – Каттер ударил себя по левому предплечью. – Ты человек из моего взвода! Пещерные Крысы своих не бросают! Хоть в крови по колено, хоть в пьяных соплях… – Да ладно, чего взъелся? Давай накатим. Эй, Мак! – окликнул Раско человека у барной стойки. Тот нехотя поднялся и подошел к их столику. – Чего? – Выпей с нами, Макферсон. Чего ты вечно у бара? На Фила глаз положил? Я бы не слишком надеялся. У него жена и двое ребятишек. – Да пошел ты… – беззлобно процедил Макферсон и собрался было уйти. Но Каттер вступился: – Рядовой Раско, отставить подколки. А ты, Мак, не слушай. Вокруг орали подгулявшие компании. Хохотали боевые подруги, покрикивал Фил из-за стойки: – Четыре Везтбрема за одиннадцатый! Принимай! Ужин в кабинку для господ офицеров! Легче, братва, разбитая посуда – за ваш счет. Мизери расправилась с очередным клиентом и присела рядом с похрапывающим Хоботом. – Ну, теперь я вся вашенская, – проворковала она. – Чем будете угощать? Каттер улыбнулся. Когда-то эта красотка уже была «вся его». Что она творила! Нет, что они творили! Правда, раз или два, да и то по пьяной лавочке. Ничего серьезного, зато теперь – друзья до гроба. – Вся-вся? – поинтересовался Раско и описал ладонями в воздухе замысловатую фигуру. Как будто протирает одновременно два пыльных глобуса. – А жена не заругает, герой? – хохотнула Мизери. Раско поперхнулся. Все знали грозный нрав его супруги. Он боялся ее, как огня. Что не мешало ему регулярно ублажать доверчивых дурочек из гарнизона. А позже, втроем, они тащили Рича. Тот глупо хихикал, собирая ногами мусор. Позади кавалькады неуверенной походкой шла Мизери и весело покрикивала: – Эгей, мои хорошие! Поднажми! Пещерные Крысы своих не бросают!.. Металлический звон и грохот – надтреснутый хрипловатый голос войны… Каттер теряет сознание, вновь находит его. Оно продирается сквозь багровую пелену и заставляет жить. Страшно, мучительно, назло врагам. Вечер… Небо получило коленом поддых, упало на землю и харкает кроваво-красным. Огромное вылизанное беспощадным пламенем поле. Раненое, ползущее умирать за горизонт. Надрывные вопли солдат, пытающихся перекричать залпы орудий. Дым, ничего не видно. Живое и мертвое – черта с два отличишь! Макферсон рычит от ярости, стреляет. Люди стоят за правду – вот только у каждого она своя. Где-то орет Мизери – не разобрать. Хотя… – Каттер, только попробуй сдохнуть! Живи, живи! |