Онлайн книга «Аленький злобочек»
|
– Делают, еще как делают, – посмел возразить ей купец. – Сейчас куда ни плюнь везде обалдуй. Сваха поджала губы и набрала воздуха в могучую грудь, профессиональное достоинство ее было задето. – Да я… да со всем тщанием… ну подумаешь возраст… зато какой экземпляр! – О, экземпляр тот еще! – не мог не согласиться Степан Гордеевич. – Где вы его подобрали на ипподроме или в бильярдной? – Да как можно на такого человека наговаривать! – Марфа Ивановна побагровела так, что вот уже и румянец перестал быть заметным на ее лице, а чепец с оборками сам по себе отчего-то начал принимать форму шлема. – Ежели вы моему выбору не доверяете, так и… Договорить, к счастью, у нее не получилось. Черные усики плавно так то ли вплыли, то ли просочились между свахой и купцом. – Ах, друзья, сахарные вы мои, медовые, не ссорьтесь! Или, коли уж вам так угодно-с, поссорьтесь после того, как представите меня нежнейшей Настасье Степановне! – Это еще кто? – совсем невежливо спросил Букашкин, будто только сейчас вспомнив о существовании “среднего” господина. – Так выбор мой, – в тон ему ответила сваха, уже опустившая забрало. – Но если вам не надо… – Кузьма Кузьмич Кузнецов, – влез и тут усатый, тыча юркой и скользкой, как рыбешка, ладошкой в хозяина дома. Пришлось жать.– Да вы, может, и про меня слышали-с. Давеча мы с партнером моим, Веретенниковым, бились с вами за царский стол. Проиграли-с, но такой глыбе как вы, Степан Гордеевич, не стыдно и проиграть-с. Господин имел ввиду конкурс на поставку заморских вин и деликатесов ко двору. А уж Веретенникова знали по всей Росее, очень Степан Гордеевич доволен был, что хоть в малом удалось утереть нос матерому конкуренту. Чтобы участвовать в таком конкурсе, Кузнецов должен был быть своему партнеру под стать. Букашкин бросил быстрый взгляд на Марфу Ивановну и та, позабыв про ссору, едва заметно кивнула, дескать да, проверила, и сам Веретенников за претендента поручился. Степан Гордеевич просветлел лицом. – Так а что же мы стоим на пороге, пойдемте в дом! Нет, не в дом! Заглянем сначала в оранжерею, познакомлю вас с Настенькой! Прошу! Настя Поцелуй отчего-то показался Настасье соленым, как морская вода, раскаленным словно солнце и… внезапно пахнул подгнившими водорослями. Тут в голове у зелейницы что-то щелкнуло. Жених. Непонятный аромат. Внезапный поцелуй, да ещё с галлюцинациями… Ах, он слизняк! Зелье приворотное! Настя оттолкнула наглеца прочь и залепила ему звонкую пощечину. Запах стал только гуще. Вместо того чтобы вновь поднять мотыгу, девушка поморщилась и поднесла ладонь к лицу, чтобы зажать нос. Хотелось спросить наглеца, неужели он настолько ни во что ее не ставит, что не потрудился даже купить зелье подороже, чтоб хоть пахло прилично и от поцелуев не отвлекало… Не в том смысле, конечно! Профессиональное замечание! Но в дверь оранжереи постучали. Настасья, смущенная собственными мыслями, вздрогнула и обернулась, а когда повернулась обратно, незнакомца уже и не было, будто привиделся. Только запах этот тошнотный остался. – Настасья, дочка, ты там? Странно, чего это батюшка вздумал церемониться? Никогда-то его закрытая дверь в оранжерею не останавливала. – Гости у нас! Вот и ответ! Небось еще женихов привел и давал время подготовиться – красоту навести. Настасья, не будь дура, оправдала родительские надежды. Отбрасывать мотыгу не стала (что зря что ли столько времени держала?), но свободной рукой хорошенько так прошлась по волосам– взъерошила – после чего оглянулась в поисках еще какого экстравагантного аксессуара. |