Книга Хранимы небесными псами, страница 36 – Лена Тулинова

Чёрно-рыжий проявился совсем рядом. Хранители молча сидели возле ног своих хозяев и смотрели на страшную картину.

— Детей жалко, — сказал, наконец, пёс. — Они не смогут здесь. Им будет страшно. И холодно. Надо увести отсюда людей. И никогда не впускать в этот коридор. А лучше в этот дворец!

— Оно живое, — сказала Лючия. — И это сделал Кармин. Я чувствую его связь с этим местом и этой… живописью.

Задира издал нервный смешок. И тут же сделал вид, что просто прочищает кашлем горло.

— Живое! — сказал он. — Как будто человеку под силу нарисовать что-то живое!

— Посмотри, пожалуйста, нетли на Розе тёмного морозного пятна, — попросила Лючия тихо. — Вдруг она тоже в опасности? Вдруг это… заразно?

— Что заразно, Лучик? — снисходительно спросил Задира.

— Это вот, — сказала хранительница. — Холод. Ледяная магия.

Задира почесал за ухом. А потом прижался плечом к Лючии.

— Ой, что ты делаешь? — тихонько взвизгнула она.

— Да я тут подумал, — прошептал Задира, — а может быть, мы, ну… подружим наших хозяев? Сама знаешь, вдвоём им будет хорошо. И нам тоже! Ты же знаешь, какие любовь творит чудеса. Всё сразу исправляется!

Лючия отступила на пару шагов, но дальше было уже некуда: страшная стена, от которой шёл холод, мрачной громадой стояла за спиной. Она понимала, к чему вёл Задира, очень хорошо понимала. Хотя ей и не казалось, что всё исправится — но тепло взаимного чувства уж во всяком случае поможет людям перестать замораживаться.

А было и ещё кое-что, на это и намекал Задира. Если у двоих хранителей всё в порядке и их люди женятся, да ещё под самый праздник Двенадцати Лун, то можно рассчитывать… собственно, на то, чего Лючия с самого начала так жаждала. С того момента, как она стала хранительницей Кармина. Быть настоящей. Живой! Провести несколько лет в этом мире — и не эфемерным ангелом-хранителем, а простой собакой. У Лючии сам собой завилял хвост. Но её мечты разбились о лапу Задиры, которую тот положил хранительнице на спину.

— Не, спасибо, — уворачиваясь, пробормотала Лючия, — но у Кармина есть его истинная пара. Да и не верю я в то, что всё сразу исправится…

И едва сдержала вздох. К истинной паре прилагался негодяйский пёс Айзек. Ледяной пёс! Хотя, надо признать, он был невероятно хорош собой — стройный, с крепкими лапами, непередаваемой грацией в движениях… Но всё портил холод в голубых глазах. У коренастого мордатого задиры взгляд был тёплый, тёмно-карий, и добродушие в грубоватом голосе слышалось вполне искреннее.

— Нет, — вздохнула Лючия, — извини, парень, но нет. Останемся друзьями. И потом, Задира, у нас сейчас полно проблем, чем взаимное счастье.

— Нет ничего более важного, чем взаимное счастье, — сказал Задира. — Но — прости, нет так нет. Только смотри, не прогадай!

Люди, видимо, тоже решили остаться друзьями. Они трогали ледяную стену, гладили чёрную гладкую краску ладонями и обсуждали не свидания и невозможность пообедать вместе, вовсе нет! Они прикидывали, как лучше перекрасить эту густую черноту, чтобы уж не проглядывала.

— Придётся положить хороший слой белой краски, чтобы выровнять цвет, — сказал Кармин.

Лючия чувствовала его уныние и даже отчаяние. Столько усилий потратить на какую-то там стену! Которую на самом деле покрасить-то — раз, два и готово! А он второй день никак не может продвинуться дальше этого коридора.