Книга Хранимы небесными псами, страница 30 – Лена Тулинова

— Я не подумав так сделал, — понурился Айзек.

— Ты последний, кто видел Ирику. Хранительницу той девушки.

— Я не трогал никакую Ирику. Вертелась там какая-то хранительница, я её спугнул, и она удрала. Не думаю, что далеко, и…

Лючия встала на задние лапы, а переднюю положила на морду Айзеку, чтобы он помолчал. Тот опешил от такой наглости, но отталкивать хранительницу не стал, только осторожно подвинул морду. Как будто стараясь, чтобы Лючия ненароком не упала, потеряв равновесие.

— Она стала пропащей. Эта девушка, Берилл. Мы с Кармином видели её нынче вечером, и бедняжка была не в себе. И никакой хранительницы, даже той, временной — которую ей дали тут же, едва Ирика потерялась. Чуешь, чем пахнет?

Айзек понурился.

— Но я не думал, что она убежит так далеко, что отделится от хозяйки навсегда…

— Айзек, — очень мягко сказала Лючия, — мне очень жаль. Но ты виноват. И это ещё не всё. Душа моего хозяина темнеет и остывает. У него перестало ладиться с девушками, он потерялудачу и уверенность, у него сегодня несколько часов не было позитивного настроения!

Айзек вдруг рассмеялся.

— Послушай, шавка, — начал он.

Но под строгим взглядом Лючии осёкся.

— А как ещё мне тебя звать? Детка? Хочешь быть деткой? Или…

— Я Лючия, — процедила Лючия сквозь клыки.

Для своих она была «Лучиком», и даже Бентон сегодня назвал её так. Но этот пёс не был своим.

— Хорошо, Лючия, — вздохнул Айзек, приняв вид мученика, — если человек всего пару часов сидит не улыбаясь от уха до уха, как псих — это нормально. Понимаешь меня? Нормально иногда быть раздражённым, грустным, сердитым, кислым, унылым… нормально не только любить, но и презирать, нормально бояться, ненавидеть или терпеть что-то. Почему ты считаешь, что твой Кармин всё время должен подпрыгивать от счастья, как укушенный в попу поросёнок?

— Потому что, — начала Лючия и запнулась. — Потому…

Потому что она сама привыкла постоянно вырабатывать позитив для Кармина? Или, может, потому что считала хорошее настроение самым главным?

— А твоя хозяйка никогда не бывает весёлой? — спросила она, не найдясь с ответом.

— Иногда бывает, — пробурчал Айзек. — Вот мы завтра с нею как повеселимся! Вот прямо весь день будем на этом твоём позитиве отплясывать. Если захотим.

— Но ведь не захотите же, — с упрёком сказала Лючия. — И потом, это не блажь. Если у человека всегда хорошее настроение, а тут вдруг всё не ладится и всё плохо, это повод встревожиться. Говорю тебе: у него пятно. У твоей хозяйки ничего такого нет? У неё душа в порядке?

Айзек нахмурился. У него и так был довольно сердитый вид, а тут стал вовсе страшный!

— Мне надо посмотреть, — сказал он и моментально исчез.

Но Лючии не пришлось его долго ждать. Ледяной пёс появился почти сразу же, и выглядел он встревоженно.

— Послушай, ша...

Лючия зарычала.

— Ох, ладно, — вздохнул Айзек. — Послушай, Лючия. Так лучше?

Она молча кивнула.

— В общем, ты права. Пятнышко есть. Но клянусь ледяными лапами зимы, это не я.

— Это ледяная магия, — заметила Лючия, — а ледяной маг в округе только один: ты.

— Уф, — фыркнул Айзек.

— Чем докажешь, что это не твоих лап дело?

— Стал бы я морозить Милори?!

Он так бережно произнёс имя девушки, что ничего не оставалось, как поверить.

— Значит, остаётся толькоодно, — сказала Лючия, — беречь хозяев, насильно впихивать в них позитив, и найти им пару. Любовь их спасёт и защитит, и всё будет хорошо! Ну? Как?