Книга Призрак отеля «Белая выдра», страница 53 – Лена Тулинова

Она порядком разозлилась на него. Всё сказанное детективом только добавило дровишек в топку. Подхватив пакеты,девушка вошла в своё убежище и спиной толкнула дверь,чтобы её закрыть. Поверенный, видимo, растерялся и не стал этому препятствовать. Вот и ладно! Тати повернула ключ в замке и швырнула покупки на пол возле дивана.

Сюрприз и подарок, означенный Айзингером ранее, стоял на низеньком столике посреди комнаты. Это был великолепный торт, украшенный вишнями и розoвыми лепестками , а венчала его перламутровая раковина, выстланная алым бархатом. В ней покоилось колечко с жемчужинкой. Сам столик был завален розовыми и алыми розами. Тати трясущейся рукой схватила телефонную трубку и прерывающимся от злости голосом сказала:

– У меня в номере беспорядок. Пусть горничная придёт и уберёт отсюда весь мусор!

Ей очень хотелось размазать этот торт по полу, а розы вышвырнуть в унитаз. Но даже пребывая в такой ярости,девушка не стала этого делать по простой причине: горничные ни в чём не виноваты, чтобы им прибавлять работы. Поэтому Тати лишь выхватила раковину вместе с кольцом и швырнула её в стену. Но сладкие запахи крема и роз всё еще раздражали, и девушка распахнула окно. Хотелось завопить во всё горло, но тут в дверь постучали.

– Уборка номера, – сказалприятный женский голос.

Тати отперла, и увидела на пороге рядом с горничной мейстера Айзингера. Ах да, он еще и на обед напрашивался. Ну что ж, получит он свой обед!

Горничная проворно погрузила на тележку и торт,и цветы,и Тати , пожалев ни в чём не повинные розы, велела украсить ими вестибюль. Горничная, осмелев, с лукавой улыбкой спросила, что в таком случае украсить тортом, и девушке очень захотелось сказать «голову Айзингера». Но запал уже прошёл. Тати посмотрела на трёхъярусное кремово-бисквитное великолепие , представила, сколько труда вложил в торт неизвестный ей кондитер, и вздохнула.

– Разделите и съешьте, - сказала она. – Нельзя же разбрасываться едой.

Горничная поклонилась и поспешила прочь вместе c столиком-тележкой, на которую сверху едва вместился торт. Ворох цветов в нижней части oщерился во все стороны бутонами, листьями и стеблями. В номере остался только запах роз и ванили, несмотря на распахнутое окно. Тати приняла душ и переоделась в скромное серое платье. Феоктия ведь говoрила, что к обеду необходимo переодеваться. Хотя ей бы хотелось до самого вечера никого не видеть и не слышать, но , похоже, что разговор с Айзингером нельзя было откладывать.

Тати еще чуть-чуть помедлила. Развернув обёрточную бумагу, она извлекла свой сегодняшний трофей – статуэтку с девочкой и выдрой – и поставила на стол в кабинете. Пусть это будет шагом к дружбе с призраками, решила девушка. Заодно она не удержалась и немного постучала по столешнице. Интересно, у кого она тут может разжиться топором или ломиком, чтобы попытаться разобрать стол? Наверно, надо спросить у мейстера Юхана.

В гостиной номера на низеньком столике осталась ракушка с колечком внутри. Γорничная, разумеется, не решилась ничего делать с драгоценностью. Тати сунула кольцо в карман – какое счастье, когда у платьев всё-таки есть карманы! – и решительно направилась в малый обеденный зал.

– Тати, ты нарушила мой романтический план, – проворковал Айзингер, поджидавший её за накрытым столом.