Книга Невольная ученица ректора-дракона. Вернуть любой ценой, страница 37 – Адриана Вайс

Обезумевший от горя Бертольд хотел разобраться с преступником собственными силами, но не ожидал, что на его стороне окажется Рэндо. В итоге его связали заклинанием договора (считай, подчинения), по которому он был обязан проворачивать различные грязные делишки. В другое время Бертольд был готов принять развоплощение, но одна мысль о том, что преступник окажется безнаказанным, вызывала у него ярость. В итоге, он решился подчиниться, в надежде, что однажды ему удастся вырваться из-под власти Симена и разоблачить его.

Дело осложняло и то, что единственная вещь, которая могла защитить Бертольда от магии Симена, была кулоном Улании – единственной вещью, которая осталась от девушки. И, по совместительству, первым подарком, который Бертольд ей преподнес. Мощный защитный артефакт, который, тем не менее не смог ей помочь от обычного оружия.

А Симен, поняв что эта вещь как-то связана с Бертольдом, спрятал ееу себя. Потому что ни уничтожить, ни обладать ею самостоятельно он не мог – такие уж свойства были у артефакта.

И, если уже до всего этого я сочувствовала и переживала Бертольду, потому что успела убедиться в его честности и порядочности, то после этой истории, я готова рыдать навзрыд. Настолько мне жаль и его самого, и Уланию.

Так, за подобными разговорами проходит время, и к полудню следующего утра мы действительно подъезжаем к городу, который и в подметки не годился тому, из которого мы недавно сбежали. К слову, полдень в мире гримов мало чем отличается от ночи. Разве что не так темно, но ощущение такое, будто небо заволокло тучами и вот-вот пойдет затяжной осенний дождь.

Первое, что бросается в глаза, когда мы подъезжаем к городу – это бесконечная, в обе стороны, массивная стена, высотой под все десять метров. Тем не менее, даже из-за этой высоко стены проглядывают еще более высокие шпили каких-то башен, пилонов и замков. Прямо по центру возвышается грандиозный замок, стоящий на самом высоком холме, который, как оказалось, принадлежит местному старейшине.

Возле ворот стоит целый отряд из дюжины стражников, которые не чета Тирисею и его приятелям. Да и народу, который стоит на входе в городе, значительно больше. Если в городе Симена было примерно ноль человек, то здесь образовалась нехилая такая вереница из пары десятков гримов.

Нам даже приходится ждать около часа, пока стража кропотливо не проверит всех, кто стоял до нас. И, если всех остальных они даже просвечивают какими-то кристаллами, то стоит только Бертольду показать какое-то кольцо-печатку, которое вспыхивает ярким светом, как стражники моментально расступаются, едва ли не сложившись пополам в поклоне.

Даже меня проверять не стали. Им оказывается достаточно, что Бертольд поручился за меня.

– Ух ты, – выдыхаю я, впечатленная таким приемом.

– Привилегия торговца, – понимающе ухмыляется Бертольд, показывая мне дорогу уже внутри города.

И снова контраст просто поражает. Тут и количество гримов на улицах больше в разы и сами улочки намного уже и буквально вплотную застроены как совсем уж старыми обветшалыми зданиями, так и новыми, которые сильно выделяются на контрасте.

Впрочем, к этому времени, после целой ночи беспрерывных скачек на джунгариках я была близка к тому, чтобывырубиться прямо на ходу. Я даже не помню, как Бертольд приводит меня домой, который, к слову, мало чем отличается от его предыдущего жилища, и, показав мне, где кровать, исчезает в неизвестном направлении.