Книга Изгнанная жена ледяного дракона. Вернуть сына!, страница 101 – Адриана Вайс

Только если Бьёрн в образе дракона, при всех своих недостатках, вызывает трепет, то существо, в которое обратился драконоборец, вселяет лишь дикую панику.

И вот это самое существо набрасывается на Бьёрна, опрокидывая того на землю.

Сразу после чудовищного грохота нас оглушает неистовый рев схлестнувшихся в жестокой битве существ.

Битве, от которой зависит все.

В том числе, и наши с Ульфридом жизни.

Бьёрн

Меня раздирают противоречивые чувства.

С одной стороны, я в ярости из-за того, что Ева все это время была рядом и водила меня за нос. Пряталась дьявол пойми, где, скрываясь от меня и моих людей, рисковала жизнью моего сына, выдавала себя за другого человека.

И, в тоже время…

В тоже время, я чувствую необъяснимую грусть и сожаление.

Вспоминая тот ужасный момент, когда я буквально вырвал ее из лап гайденмаркских отродий, меня снова накрывает гнев. Я не могу даже представить, через что она прошла. А сразу после того, как я пообещал ей защиту, на нее посмел покуситься Норд – человек, которому я доверял.

И на все это она пошла только ради того, чтобы остаться с ребенком. Ну, не глупо ли?

Впрочем, вспоминая наш недавний разговор на ярмарке, я, кажется, начинаю понимать, что для нее это значило довольно многое.

Наверно, поэтому, подхватив ее, падающую с крыши и даже в такой момент отчаянно пытающуюся защитить сына, я обуздал рвущиеся наружу эмоции. Не смотря на то, что мне было трудно это принять, я принял решение доверить ей сына. Конечно, маг, который помогает ей, едва держится на ногах, так что его вряд ли можно назвать серьезной помощью. Но именно поэтому я и должен разобраться с противниками как можно быстрее.

Чтобы защитить Еву и сына.

Только сейчас ко мне приходит понимание, что у него есть имя. Моего сына теперь зовут Ульфрид. Она дала ему это имя в тот момент, когда я расспрашивал ее о прошлом. И от этого воспоминания, становится неожиданно спокойно и приятно.

Хоть где-то в глубине и отзывается мимолетная тоска, – все-таки, я надеялся выбрать имя сыну самостоятельно – но я не мог не признать, что имя Ульфрид ему действительно подходит.

В тот момент я сказал чистую правду. Оно идеально подходит для сильного и мужественного воина. А я чувствую, что он станет именно таким.

За это воспоминание тут же цепляются остальные, и мне становится понятно, что даже находясь под чужой личиной, Ева ничего не придумывала и не лгала. Она отвечала, как есть, выкладывая передо мной всю свою жизнь.

И только наблюдая за этим со стороны, я стал иначе воспринимать то, над чем прежде даже не задумывался. Слишком уж сильно мне в голову отец вбил мысль о том, что лишние связи делают воина слабым.

Из-за этого,я всегда старался отгораживаться ото всех, из-за этого я даже ни разу толком не заговорил с Евой. Тогда как всего несколько проведенных рядом с ней дней, когда она открылась мне, пусть и под видом другого человека, а я взамен доверил ей свои самые сокровенные воспоминания, оставили внутри меня неизгладимый след.

Разве это возможно?

Даже удивительно… мы с Евой прожили под одной крышей почти год. Но каких-то жалких полторы недели в заставе сделали нас куда ближе.

Чем дольше я думаю об этом, тем больше я чувствую одолевающее меня смятение.

Возможно, моя мать не так уж сильно была не права…