Онлайн книга «Трусливая Я и решительный Боха»
|
Бохе было тогда всего девятнадцать. И после череды неудачных сражений, когда отточенные сабли степняков свистели уже далеко от приграничных земель, он возглавил полумертвую армию. Но, не повел ее в последний героический бой. Нет! Он сделал по-иному – повел в него отряды горных йохров. Юрких, малорослых и вечно злых воинов обширного племени, привыкшего к диверсиям и выживанию в снежных горах. Как он их уговорил, до сей поры неизвестно. Йохры и собственного то вождя не почитают особо. А тут – пришлый сопляк, да еще с пустым кошелем. А может не с пустым? А кто знает? Боха знает! Но, расскажет ли? Короче, сверстник Бохаслава, амбициозный полководец Ашшун в той войне впервые остался не у дел. В выгоревшей от солнца Великой степи всё строго со списком воинских привилегий: на Совете ханов назначили тебя главным добытчиком соседских плодородий, а на следующем Совете уже «разназначили». И сослали в… на… или куда его там? Солена сказала, что в древнюю Рощу ханов к строгим духам предков тал-хэн[4]. А зачем? - А их всех туда из знати отправляют в большое наказание, - произнесла, авторитетно скривив свою красивую мордашку, и вспомнила о больших орехах в чаше. – Будешь? Вкусные из Инжедеи[5]. - Спасибо. Нет. Я ещев прошлом мире избегала подобных лакомств. Не из-за калорий. Из-за дороговизны стоматологических услуг. А здесь и вовсе придется или не есть ничего или положиться на многопрофильного Бонифака… Вот это выбор! Примерно такой же, как сейчас, когда нас с Бозеной просто посадили под охрану в ее девичьих расписных хоромах. Ну, хоть из окошка через щель меж штор можно подглядывать на приезд «гостей». Их было человек пятнадцать. Гордых наездников, загорело смуглых и скуластых, однако в меховых ушанках, ну чисто русских меховых. И впереди среди всего этого великолепия мехов, походных сумок и холодного оружия – хан Ашшун. Сорокалетний зоркоглазый жених из степей. Великих! Однако, держался он в седле уже как полноправный муж. Только вот чей? Сплошные вопросы не на жизнь, а на смерть. И мне хотелось очень хоть один из них задать. И чтоб не просто так, а с ответом, как вдруг, всё само собой произошло – Бозена грохнулась на пол. Нет, сначала она от окна так рьяно отшатнулась, что зацепилась каблучком за край ковра, а уж потом спиной вперед и попой вниз: - Чтоб тебя чени потолчели! Он меня увидел! - Кто? – подскочила я к остолбеневшей бохиной сестре. Та, выпучив глаза, попыталась что-то мне сказать. Потом заполошно рукой взмахнула, ухватив мою, и резво подтянулась: - Хан. Уф-ф, напугал, крысиный перевух. И вряд ли он меня увидел. О-оп! Не переживай, не беременная я, чтоб так смачно шлепнуться и испугаться. Вот если б как у вас с Бохаславом… - И что именно? – я вмиг насторожилась. Бозена сделала паузу с артистическим закатыванием глаз. Хотя ее и спортсменкой можно запросто признать, такую высокую и гибкую. Однако в наличии есть пара веских «но»: резкость в высказываниях и порывистость в движениях. Это - Бозена. И, кстати, пауза ее томительная уже иссякла: - Ритуал. - Традиционный? – уточнила я. В ответ мне уже без проволочек всяких скоро закивали: - Да. В обычных семьях в первую супружью ночь лишь наказ от богини Реды читается и там по мелочам цветочки, веточки, а Государю сразу нужен сын – наследник. И потому в такую ночь все будет по серьезному у вас. |