Книга Трусливая Я и решительный Боха, страница 116 – Елена Саринова

- Не подходи.

- Иду!

Я оказалась на широком Государевом плече. Как он успел? О чем я вякала совсем недавно? «Жизнь проходит мимо»? Сейчас перед глазами замелькали встревоженные свечные огоньки, с пинков открывались двери впереди, меня пару раз для усмирения порывов хлопнули по попе. Однако, Бара в своей раме оказалась очень уж крепка. Или выносливостью обладала попа Государя.

- Брат! Брат, что здесь происходит? – требовательный голос сбоку содружницы моей. Ей ведь нельзя тревожиться и…

- Все нормально! Бозена, забери ее.

- Кого? – схватилась та за сердце.

- Да эту ченью Бару в раме.

- Меня здесь нет! Нас нет! И не будет до завтрашнего утра! Всем понятно?

- Что?

- Всем?!

- Да! И уже скорей неси!

- Содр-ружница?!

- Благословляю вас!

- Портретом Бары?! Чокнутая вы семья!

- Нас нет для мира!

Дверь хлопнула и через несколько шагов меня сгрузили, наконец. А вот куда? В постель.

- Молчи, сердце мое. Молчи.

Ох, а что мне делать со своим? Оно давно уже его.

- Молчу. Но, ты знать должен, что в жизни этой первый у меня.

- Я буду бережным, любимая.

А колокол… он зазвонил. Но, мы не слышали его. Мы были заняты взаимоуважением и любовью.

__________________________________________Сноски:

[1] В данном случае долёвщиков в совместном кузнечном производстве.

Интерлюдия Пятая

Столица Крайлаба, Хлавн.

Замок Катборг.

Богиня скользила по длинным лунным коридорам. Сам по себе данный факт уже был нонсенсом. Не процесс невесомого скольжения ее, а спуск в человеческую жизнь. Но, это ведь ее проект!.. Слово подцепила от Дарьи. «Проект». Годами выработанный план и до мелочей учтенный. А сколько трудов ей стоило привлечь к нему упёртого в своем консерватизме мужа? Мужчины – такие плоские политики. Они не видят полновесных перспектив. А Боха – молодец! Нашел все доводы, следует обещанию «Слушать». С другим бы Даром у нее не вышло. А этот уникален! И ради него юный горячий Государь на многое пошел. А значит, Крайлаб будет жить и процветать.

Ну да, накладывая Высшее проклятье на Катборгов за мужнину измену она погорячилась. И по тем временам снятие его считалось невозможным. «Едины во всем, во всем неотделимы» Каково?.. С вдохновленными главенством собственным мужчинами и женщинами, для которых муж – почти что бог. Ну да, погорячилась. Но ведь исправила!

- Тиш-ше.

Богиня вздрогнула в недоумении на входе в кухню. Маленькая ключница повторно шикнула:

- А ну давай потише, Алеш.

- Да почему? – пройдясь ладошкой по лохматому загривку, возмутился тот. Огромный белый кот в момент воспользовавшись собственной свободой, дал дёру. – О-ой. Вы весь замок запугали, тетя Дорота. Даже дядя Бонифак на цыпочках сюда поужинать пришел. И чем там Государь с нашей Владетельной госпожой так шибко заняты, что никому и нигде нельзя ходить, и говорить? Целый день. И вечер. И уже почти что ночь.

- И утро, если надо, будешь тихим.

- Ой, да ладно, - добродушно хмыкнула вторая женщина на этой теплой кухне. – Ты ж слышала, как колокол звонил, а это значит всё уже свершилось. И с долгожданной Государыней нас всех.

- Ну, так оно, - вздохнула ключница. – Однако, Отилия, клянусь великим жезлом Пада, от пары этой чего угодно можно ждать.

- Тетя Дорота, а откуда у бога Пада жезл?

Две местные обитательницы переглянулись и тихо прыснули со смеху. Одна в кулачок свой сухонький, другая в белоснежный фартук. Богиня Маика беззучно присоединилась к ним…