Онлайн книга «Евсения»
|
— Ну, чары свои я использовала чуть позже. И вообще, если уж громоздить с размахом, то вашему автору можно было бы написать, например, что я заставила его покаяться во всех грехах на перекрестке. Или самолично сгрузив на подводу все свои преступные закрома, поскакать на ней в сторону Прокурата. — А ты, любимая, начинаешь входить во вкус высокой политики, — приподнял газету мужчина. — Чего? — выкатила я на него глаза. — Да я вообще не понимаю, зачем так врать. Ведь можно же было просто… — Скромно умолчать о некоторых обстоятельствах нашего «приключения»? — уточнил Стах и, отбросив листы, рывком сел на покрывале. — Нет, до высокой политики тебе еще далеко… Понимаешь, — почесалон пальцем свой сморщенный нос. — Любая страна нуждается в героях. Особенно, Тинарра. Ведь вся власть в ней держится, в первую очередь, не на правильных законах — к «ошибкам» такого рода наш народ, как раз относится терпеливо. А на личном авторитете того, кто стоит у этой власти или к ней приближен. Тинарре всегда были нужны не реформаторы, а кумиры, которые уже потом получали право «реформировать» все подряд. — Это, как победа в личном поединке? — сосредоточенно нахмурилась я. — Поэтому она так важна? — Угу. Именно так. И именно после такой «победы» тебя начинают уважать, что дает право и на многое другое. — Значит, из нас сделали кумиров, — обреченно вздохнула я, а Стах согласно хмыкнул: — Еще каких… Представляешь, когда умерла мама, в Тинарре объявили трехмесячный траур, а отец еще два месяца потом не выходил из дворца. Из-за этого отменили праздник «Первой лозы» и «Тинаррские состязания пятиборцев», к которым вся страна готовилась два года. Чтобы ты знала, это два самых любимых здесь мероприятия. Однако, ему такие «лишения» простили, потому что любили и понимали. По-настоящему простили. Мало того, после ни разу не произнесли ее имя в присутствии отца, чтобы лишний раз не делать ему больно. Будто мамы и вовсе никогда не было… — замолчал Стах, с прищуром глядя в сторону. — Будто ее и не было, — эхом повторила я. — Стах… — Угу. — А после твоей мамы у Сивермитиса кто-нибудь был? — Гетеры, — качнул он головой. — Специальные женщины для развлечений. Но, это так — на потребу дня. Точнее, ночи. Они прекрасно поют, декларируют и танцуют, но настоящими подругами стать не могут. — Понятно. Как тебе Фрона, — водрузила я руки на выставленное мужское колено. — Фрона никогда не была мне подругой, — удивленно откликнулся Стах. — Мы с ней вообще с детства ладим лишь… короткими временами. Хотя, она умна, образована и по-своему красива. — Да что ты? А как насчет других ее «скрытых» достоинств? — качнула я Стаховым коленом. — Понятия о них не имею, — глядя мне в глаза, медленно ответил он, а я лишь прищурилась, вслушиваясь в собственный, вдруг, покрывшийся мурашками затылок. Поэтому, следующий мужской выпад не засекла. — А вот теперь ты точно дослушаешь до последней точки, — злорадно оповестил он мой «вещий» затылок и, обхвативсзади рукой, другой потянулся в траву за газетой. — А может, не надо? Главную суть я уже уловила. Даже целых две. — Какие именно? — осторожно уточнил Стах. — Ну, то, что мы теперь такие впятером герои, что хоть сейчас полководцами и на приступ всех вражьих крепостей. — Та-ак, а вторая? |