Книга Евсения, страница 128 – Елена Саринова

— А что это…

— Погоди, сейчас, — наклонился он вперед и ковырнул пальцем камень в совсем неприметном месте, тут же обнажив пред наши удивленные очи маленький золотой круг, похожий на монету с овальным оттиском в ее центре. — А теперь смотри, — и приложил к этому месту свой медальон. А потом с силой надавил… Щ-щёлк…

Через мгновение вместе с лучами солнца нас окунуло во множество запахов и звуков живого мира. И чем больше открывалась отъезжающая в сторону каменная «дверь»,тем шире открывался мой собственный рот. Потому что с другой ее стороны…

— Мокошь — кудесница… Сколько их тут… кентавров. И что, они все…

— Кх-хе, торжественная встреча Кентаврийской Омеги, возвращенной домой после долгих скитаний.

— Хран, я же просил тебя именно об этом не сообщать по голубиной почте… Любимая, дай свою руку. Тут уже ничего не поделаешь — выходим сдаваться.

— Добро пожаловать на Родину, Неос Сивермитис! Добро пожаловать, герои Тинарры!

— Стах, а что это значит?

— Что именно?

— Обращение к тебе?

— А-а… это?.. Руд, я надеюсь, отец сюда не прибыл?

— К сожалению, нет, но он ожидает вас всех у себя.

— Стах… Ты меня слышишь?..

— Евсения.

— Да, Русан?

— Неос Сивермитис в Тинарре, это тоже самое, что в Ладмении — Ваше Высочество.

— Жизнь моя… пожухлый лист…

Самый могучий ум заповедного леса, водяной бес Тишок, как-то сказал, что для пробуждения надежно спящих способностей нужна «встряска». Так вот, меня только что вновь встряхнуло. И довольно «продуктивно». Хотя, данное слово, уж точно не из словаря дриады. Даже, если она наполовину маг воды, сильно начитанна для глуши и сама себя уже несколько дней считает «много повидавшей» в жизни. А из запаса выражений, коими щеголяют совершенно другие личности… Ходячие неприятности. Искатели реликвий и… О-ой! А вот теперь еще и подбросило:

— От гор до столицы пятьдесят с лишним миль, — встретившись с моим живописно прищуренным взглядом, тут же отдернул руки Стах. — Поэтому, вам с Любоней и Тишком лучше преодолеть их в мягкой карете… Евсения, ты меня слышишь?

— Я ни слышать тебя, ни разговаривать с тобой, точнее, с вами, Ваше кентаврийское Высочество, не желаю. И вообще…

— Понял. И мы с тобой обязательно об этом поговорим.

— Да ты меня не… — прямо перед моим носом захлопнулась дверца крытого рыдвана, за долечку до этого выпустив на свободу стрелой вылетевшего туда мужчину. Я же, утробно зарычав, откинулась на спинку сиденья.

Нет, это надо же, «Его кентаврийское Высочество»! «Неос Сивермитис»! А на вид так и не скажешь. И даже не подумаешь. И даже не предс… А кого я вообще могу представить в своей книжно-дремучей голове, кроме пафосных «буквенных» принцев? Ведь, там они, эти принцы, совсем другие: не носят кожаных безрукавок на голое, загорелое тело, не живут в рабочих «клоповниках» и не грабят чужие дома как распоследние тати. А еще, если и совершают подвиги во имя Отчизны или, на худой конец, прекрасной дамы, то делают это как и положено принцам — со вступительной речью, заключительным поклоном и четкой арумена… аргументацией совершаемого подвига. Да, тьфу на него! Да много раз тьфу!!!

— Любоня… — на фоне моего внутреннего ора — писклявым шепотом.

— Ась? — ничуть не громче.

— Я ее боюсь. Ты не знаешь, на что она способна в таком… состоянии.