Онлайн книга «Нарисую себе сына»
|
— Зоя… Что? — вот ведь: и опуститься рядом боится, и остаться в стороне… — Пульсирует. Медленно, но, как живая, — тихо отозвалась изломанной мужской тени над собою. Тень поднесла ко лбу руку: — То есть как? — Натурально. Но… пение я почти не слышу. И такое чувство, будто Вананда сейчас еще дальше, чем ночью, в океане. — Думаете, ее могли отсюда уже вывезти? — в голосе — явное волненье. А что я об этом могу «думать»? И рада бы, но… — Не знаю. Надо подняться наверх, — иподскочила на ноги. Отряхнула брюки под: «Все поднимаемся! Смотрим под ноги!» и тут же ощутила крепкий «капкан», сомкнувшийся вокруг левой ладони… О-ох. И как же сразу стало хорошо. Как спокойно… Лестница тянулась целую вечность. То, подпихивая нас сзади горячим ветром, то закручивая им же в сильные вихри. Но, мы поднялись. Чтобы оказаться на совершенно голой, огромной площади. Лишь в самом ее центре, меж четырех выеденных колонн — высокий, точно такой же древний, алтарь. — Это и есть, главный храм накейо? — скривилась запыхавшаяся Сусанна. — Ага, — выдохнул в ответ капитан, протирая свободной рукой лоб. — А что ты хотела? Купола, лавочки для зевающих? Идем? — и теперь качнулся первым, потянув за собой меня. — Здесь, по мнению магистра — самая «сильная» точка на всем острове и на ней проводили главные сезонные ритуалы. — А почему тогда «главная» Вананда была на материке, а не здесь? — Потому что, Зоя, здесь была своя. Но, где она теперь, одним их богам известно. Ее возлагали на… алтарь и… — алтарь был совершенно пустым… — Та-ак… А красивое отсюда открывается зрелище, из каменного сердца острова. Бесчисленные длинные лестницы. Балюстрады из покосившихся узких колонн. Их и перилами назвать язык не повернется. А между ними — площади. Высохшие фонтаны с геометрическими фигурами в выбитых днищах. Улицы и снова колонны. Черное царство с редкими, нанесенными с берега, островками зацепившихся за камни растений. Но, они здесь явно, чужие. В этом мертвом царстве забытых богов. — Капитан, руку мою. — Что-о? — мужчина чуть склонился. Во взгляде — досада, а волосы треплет ветер. Они такие же темные, как камень вокруг. Но, живые… И тоже здесь чужие. — Я попробую снова ее услышать. Вдруг?.. — Хорошо, — и разжал свой «капкан». Я, сделав шаг назад, отвернулась. И закрыла глаза…… Ветер… Ветер… Лишь он и крики птиц… Кто-то сзади наступил ногой на камушек. «Да сто акул тебе в… и…»: гневное бурчание Якова. Лицо невольно расплылось в улыбке. Не думать. Не отвлекаться… Ветер……… Б-бух… Б-бух… «Муа-а я-я ма-авэ»… Б-бух. Б-бух. Б-бух…«Муа-а я-я ма-авэ! Дюш я-я инги-и-дэ… Муа-а я-я…» — Мама моя, — и распахнула глаза. — Зоя, что? — капитан, прямо передо мной, открыл рот. — В сторону отойдите, — боясь шелохнуться, процедила в ответ. — Угу… А теперьпо своей карте: что там, между высоким шпилем или шестом и отвесной скалой над площадкой? — Не понял? — Да чтоб, если не матом, у меня глаза сейчас от ветра выпадут. Проследите, куда я смотрю, пока они еще на мес… — Ага… Вижу. Ориентир зацепил. — Уф-ф-ф… — кажется, выдохнули все… Особенно, Макс, стоящий на одной ноге. С картой сверялись долго. Боцман и капитан по очереди тыкали в нее пальцами и обязательно щурились в мой новый «ориентир». Наконец, первый выпрямил спину, а второй недоуменно изрек: |